на главную на главную
история храм сегодня жизнь прихода страница настоятеля интерактив

Обсуждения

Круглый стол «Семья в современной Церкви» состоялся в Даниловом монастыре

Слева направо: о.Георгий Митрофанов, о.Иоасаф (Полуянов), о.Петр (Мещеринов), о.Николай БалашовМосква, 2 мая, Благовест-инфо. Круглый стол на тему «Семья в современной Церкви» состоялся 26 апреля в Доме наместника Московского Данилова монастыря. По  благословению Патриарха Алексия II мероприятие было организовано Патриаршим центром духовного развития детей и молодежи (ЦДРМ). Дискуссия о семье продолжила целый ряд пастырских семинаров, посвященных актуальным вопросам современной церковной жизни и пастырской практики.

По традиции, к участию в обсуждении темы приглашаются авторитетные московские священники, сотрудники Синодальных отделов, известные церковно-общественные деятели. 26 апреля в работе круглого стола приняли участие: председатель Синодального отдела по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными организациями Московского патриархата протоиерей Димитрий Смирнов, Секретарь ОВЦС МП по межправославным отношениям протоиерей Николай Балашов, руководитель Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи игумен Иоасаф (Полуянов), профессор Санкт-Петербургской Духовной академии, член Синодальной комиссии по канонизации святых протоиерей Георгий Митрофанов, настоятель храма Живоначальной Троицы в Хохловском переулке протоиерей Алексий Уминский, директор Школы молодежного служения ЦДРМ игумен Петр (Мещеринов).

Круг обсуждаемых ими вопросов – это «богословское осмысление семейной жизни, церковная и литургическая жизнь семьи, пастырское окормление семьи, место семьи в церковной общине», сообщается в пресс-релизе.

В кратком вступительном слове о.Иоасаф (Полуянов) отметил, что для Данилова монастыря тема семьи – «родная тема»: монахи много работают с молодежью и в приходе, и в ЦДРМ. За отправную точку о. Петр (Мещеринов) предложил взять церковное учение о семье как о «малой церкви». На основе анализа литературы, продаваемой в церковных лавках, некоторых случаев из пастырской практики о.Петр сделал вывод о том, что «определенная часть священнослужителей и мирян» «однозначно ставит монашество выше семьи», «плохо видят положительное значение семьи».

По мнению о.Димитрия Смирнова, вопрос о сохранении семьи приходится рассматривать сегодня с точки зрения «реальной угрозы бытия христианского мира». Конечно, невозможно спорить тем, что «духовная ангельская жизнь» выше мирской, семейной, но это -- «идеал, невозможный для всех», отметил о.Димитрий. Церковь же – это «не удел избранных, а призыв ко всему человечеству». А человечество, по мысли о. Димитрия, соответствует троичности Бога: оно состоит из мужчин, женщин и детей. Семью потому и называют «малой церковью», что мужчине в ней уготована роль пастыря, священника, жена – его помощник, она несет диаконское послушание, а дети – «народ Божий».

Священник напомнил, что, согласно учению Церкви, брак равночестен монашеству. А некоторые духовные авторитеты ставили семейную жизнь выше монашества (например, о.Иоанн Крестьянкин). Однако надо помнить, что главная задача брака – «привести детей ко Христу», а вовсе «не вырастить их мордастыми, мастерами спорта и поступить на физтех».

«Подлинное христианство в нашу эпоху наилучшим образом реализуется в многодетной семье», считает о.Димитрий, отмечая, что порой «подвиг многодетной матери бесконечно труднее» монашеского делания. Но таким семьям обязана помогать вся  православная община, подчеркнул он. Долг каждого прихода – создавать фонд помощи многодетным, как делается это в приходах, которые окормляет о.Димитрий.

О.Николай Балашов считает, что не стоит сосредотачиваться на дискуссии о том, что лучше и выше: монашеское делание или семейный удел. Большую обеспокоенность о.Николая вызывает другое: «мечтательная аскетика», которой привержены многие современные неофиты, стремящиеся избегать «реальности исполнения воли Божией о своей жизни». Духовную жизнь омрачает и «старая болезнь ложной духовности» -- «мотив гнушения человеческой плотью», что священник называет одним из проявлений «еретической антропологии». Недаром Св.Синоду пришлось выносить специальное определение (1998 г.) о недопустимости извращений пастырской практики и, в частности, «негативного или высокомерного отношения к браку», напомнил о.Николай. По его словам, эти «болезни свидетельствуют о слабости «иммунной системы» церковного народа», т.к. «обостряются они в переломные, кризисные эпохи». Не стоит специально бороться с подобного рода «криптоересями» -- для них не будет почвы, если работать над «созидательным развитием здоровой церковной жизни», завершил о.Николай. При обсуждении его доклада о.Петр высказал мнение, что «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви (РПЦ)» дают «церковный, взвешенный, сбалансированный подход» к вопросам брака и семьи, однако лишь малая часть паствы и священнослужителей пока руководствуется этим документом. По мнению о.Николая, к документу проявило живой интерес даже больше священников, чем ожидалось, а «немедленных эффектов нельзя ожидать от любого соборного определения». О.Николай отметил важность того, что «Основы» дают ориентир для дальнейшей разработки проблем брака и семьи.

Далее с докладом  «Агиографический образ и историческая реальность семейной жизни в русской церковной жизни» выступил прот.Георгий Митрофанов – историк, член Синодальной комиссии по канонизации святых РПЦ. Первая часть доклада была посвящена анализу русской агиографии, которая, по словам о.Георгия, «не дает нам идеала семьи»: святых жен в наших святцах «ничтожно мало», большинство из них – это монахини, вдовы, св.девы. Тех же из них, кто посвятил себя служению Богу в  семейной жизни, – единицы, но даже наиболее известная из них -- св.прав.Иулиания Лазаревская «тяготилась семейной жизнью», как говорит ее житие. Таким образом, агиография показывает, что «идеал женщины не связывался с семьей». По мнению церковного историка, единственное произведение, в котором формулируется семейный идеал, -- это «Повесть о Петре и Февронии Муромских», однако его историческая достоверность подвергается большому сомнению.

«Серьезное осмысление проблемы семьи» начинает формироваться в России только в Синодальный период, но не в Церкви, отмечает о.Георгий, а в художественной литературе, «которая сказала о семье и женщине за весь XIX в. больше, чем вся русская агиография». Однако в этой литературе «образ идеальной женщины и семьи не связан с православием», считает докладчик. Даже образ Татьяны Лариной, который традиционно считается образцом высокой нравственности, -- «с точки зрения христианского мировоззрения требует серьезной катехизационной работы, которую бы она не пережила».

Во времена Тургенева  начал формироваться «устойчивый стереотип: в монастырь идут люди с не сложившейся личной жизнью», продолжал о.Георгий. Кроме того, «постепенно в русской литературе возникает искусительное противопоставление – подлинности любви вне брака и профанности любви в браке». Таким образом, русская художественная литература, за некоторыми исключениями, «опять-таки не представляет нам идеал христианской семьи», делает вывод священник.

Но если «недоразвитие идеала семьи и в агиографии, и литературе существовало веками», может, его можно обнаружить в истории? Следующий раздел доклада – очерк истории русской семьи—был ответом на современную тенденцию идеализировать дореволюционную русскую и даже советскую семью.

По словам о.Георгия, «на протяжении веков наша семья отнюдь не была такой уж христианской, как об этом говорится в чине венчания»: до XV в. даже таинство брака не совершалось в семьях крестьян; «патриархальная семья существовала со многими языческими пережитками»; сложилось «устойчивое противопоставление сакрального монашества профанной семье». Домострой, который многие идеализируют сейчас, «с евангельской точки зрения вызывает много вопросов».

Только в XIX в. христианский брак приобретает правовой статус в России. Однако семья остается «недостаточно воцерковленной, как и весь русский народ». По мнению историка, «огромным искушением» для семьи являлась сама община, а также массовое отходничество (сезонные работы крестьян в городе и на промыслах, которые приводили к возникновению «сезонных семей»).

Революция 1917 г. «добила церковную русскую семью»: церковный брак был ликвидирован, гражданский воспринимался как «промежуточный этап к полной ликвидации института семьи». В 20-е гг . страну «захлестнуло огромное количество браков-однодневок», который внесли свой вклад в рост беспризорности. В 30-е гг. начинает  формироваться «идеал советской семьи». Все это происходило на фоне массовых репрессий, миграций, коллективизации и т.д., что, нанесло «страшный удар по семьям». О.Георгий упомянул также такие «изобретения» советского строя, как процедура отречения от родственников-«лишенцев» (по Конституции РФ 1918 г. категория людей, пораженных в правах), отречение от родственников – «врагов народа». После войны и репрессий огромное число матерей-одиночек растили сыновей – «тип мужчины, еще менее приспособленный к семейной жизни, чем детдомовец». О.Георгий приходит к неутешительному для певцов советской семьи выводу: «советское общество как никакое другое создало условия, не позволившие семье нормально развиваться. Советская семья –  худшая, чем самая несовершенная досоветская». Выступавший подверг резкой критике тех, кто по сей день «культивирует идеалы советской аскетической нравственности».  

Сейчас проблема семьи «трудно разрешима», утверждает о.Георгий. Попытки строить идеал семьи по «патриархальным репринтным изданиям обречены на неудачу». Идеал Московской Руси и даже домонгольского периода может служить ориентиром, но для современного человека важнее обратиться к «семейным историям новомучеников», к примеру «православной интеллигенции 30-60 х гг.», тех семей, где, несмотря ни на что, продолжалось созидание «домашней церкви». Это «единственная перспектива», которую видит о.Георгий для возрождения христианской семьи в России, подчеркивая, что «проблема семьи – это проблема всей церкви». Церковная проповедь должна учить прихожан «ответственности не за возрождение Святой Руси и победу православия во всем мире, а за наших домашних».

В своем обширном докладе о.Георгий затронул также проблемы подготовки к таинству венчания, проблемы церковного развода, отношения сегодняшней Церкви к супружеским отношениям.

протоиереи Алексий Уминский и Димитрий СмирновПротоиерей Алексий Уминский поделился своими размышлениями о христианском браке. «Сейчас только Церковь способна говорить всерьез о том, что такое семья, как ее создавать и сохранять», -- считает он. Однако даже на уровне понимания цели христианской семьи в церковном народе нет единства. Так, распространено мнение, что целью христианской семьи является деторождение (выступавший привел такое высказывание св.прав.о.Алексия Мечева). Однако о.Алексий Уминский убежден, что деторождение – это «природное качество любой семьи». Христианская же семья как «малая церковь» должна стремиться к «воплощению в браке христианской любви». В этом же ключе должны рассматриваться и супружеские отношения. Пастырям нельзя относиться к этой сфере как к издержкам «животного состояния». Священник напомнил, что «плодитесь и размножайтесь» было сказано Творцом еще до грехопадения, и супружеские отношения нужно рассматривать как «вопрос любви и внутренней свободы». К сожалению, в этом ключе «проблема любви в браке никогда не обсуждалась ни в каких богословских трактатах», а в семинарских учебниках и подавно, заметил о.Алексий. «Нигде не сказано, что люди, пришедшие в храм, должны прежде всего друг друга любить, чтобы создать семью. А мне кажется, что именно об этом должен в первую очередь радеть священник, …чтобы люди учились любить по-настоящему…и в конечном итоге сделать свою любовь той царской любовью, которая и приводит ко спасению». Некорректная регламентация духовником супружеских отношений, «излишняя аскеза» могут оказаться причиной супружеских ссор и распада семьи, считает священник.

Говоря о современной практике подхода к венчанию, о.Алексий отметил, что надо серьезно осмыслить соотношение гражданского и церковного брака, гражданского и церковного развода. Не умаляя значения венчания, нельзя считать зарегистрированный в ЗАГСе брак «недо-браком» -- это приводит к умножению разводов. О.Алексий с возмущением говорил об известной ему практике некоторых пастырей, которые рекомендуют расписавшимся супругам «сначала пожить годик-другой, а если не разведутся – приходить на венчание». Он призвал также к серьезной подготовке к браку еще не воцерковленных людей: несколько месяцев они должны регулярно приходить в храм, участвовать в таинствах, слушать беседы священников. По мнению выступавшего, церковь должна на Синодальном уровне принять решение о правилах подготовки к венчанию, так же, как и переоценить «давно устаревшие каноны» о запрете на брак между кумовьями, родственниками венчающихся и проч.

Вопрос о церковном разводе (это понятие введено, но, по словам о.Алексия, не раскрыто в «Основах социальной концепции РПЦ») также нуждается в разработке. В отсутствие реального института церковного суда «про церковный развод все слышали, но никто не знает, что это такое».

О.Георгий Митрофанов согласен с о.Алексием: он также считает, что на уровне Синода необходимо урегулировать многие проблемы, связанные с заключением и расторжением церковного брака. Чтобы принять подобные решения, надо их обсуждать, формулировать, искать пути решения, «не боясь вызывать гнев ревнителей старомосковского благочестия». В противном случае таинство венчания профанируется: из таинства всей Церкви (венчание перед лицом Бога и всей общины) оно превращается «в индивидуальную требу, совершаемую неизвестно для кого». Однако стремление к этому идеалу неразрывно связано с возрождением общинной жизни.

Еще одной актуальной проблемой, решение которой необходимо искать в контексте проблем семьи, является, по мнению о.Георгия, вопрос о молодежи в Церкви. Чтобы «подростки из воскресных школ не уходили из Церкви», надо искать адекватные формы работы с ними, создавать «полноценный молодежный социум в церкви». И здесь можно опереться на опыт русского зарубежья (скауты, РСХД и др.).

Участники пастырского совещания затронули и ряд других проблем, которые нуждаются в дальнейшем обсуждении. Далеко не всегда их мнения совпадали. Так, о.Георгий и о.Алексий не во всем разделяют отношение о.Димитрия к многодетности. С материалами дискуссии можно будет ознакомиться на сайте Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи. Организаторы намерены продолжить практику подобных семинаров.

Юлия Зайцева





ПОДЕЛИТЬСЯ СВОИМ МНЕНИЕМ

Представьтесь, пожалуйста:

Комментируемый материал:

Ваш комментарий:






ДРУГИЕ ТЕМЫ

Чем грешны "добрачные связи с любимым человеком"?
На вопрос отвечает протоиерей Алексий Уминский




Круглый стол «Семья в современной Церкви»,
состоялся в Даниловом монастыре




Выступление протоиерея Алексия Уминского на круглом столе «Семья в современной Церкви»



Круглый стол "Подготовка ко святому причащению: историческая практика и современные подходы к решению вопроса" Выступление протоиерея Алексия Уминского



Прощаются ли в Таинстве Соборования забытые грехи?
Приходская беседа о значении и смысле Таинства Елеосвящения.




Профанация Таинства
Таинство Брака и развод. Существует ли понятие "церковный развод"? На письмо, присланное в редакцию журнала "Фома" отвечает протоиерей Алексий Уминский.




Пастырский семинар, посвященный практике подготовки к причащению,
состоялся в Даниловом монастыре




Проповедь с арены Колизея
Тему "воцерковления" телевидения комментирует священник Алексий Уминский, ведущий телепередачи "Православная энциклопедия".

Воскресная  школа храма Живоначальной Троицы в Хохлах Свято-Владимирская общеобразовательная православная школа Собор Александра Невского Фома-центр Центр Св. Иринея Лионского Православная служба помощи бездомным
Наш храм расположен по адресу: Хохловский пер., дом 12. (схема проезда)
Телефоны: 917-51-34, 916-00-96
e-mail: trinity-church@mail.ru