на главную на главную
история храм сегодня жизнь прихода страница настоятеля интерактив

Круг чтения

О СВЯЩЕННОМ ПИСАНИИ
Справочные материалы в помощь миссионерам, семинаристам, студентам богословских вузов и факультетов, преподавателям Основ православной культуры, всем кто ищет Истину






* Господь Вседержитель Творец неба и земли, Спаситель мира Иисус Христос: "Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне" (Ин. 5, 39).

* Иисус сказал им в ответ: заблуждаетесь, не зная Писаний, ни силы Божией (Мф. 22, 29).

* Пророк и Царь Давид: "Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых и на пути грешных не ста, и на седалищи губителей не седе, но в законе Господни воля его, и в законе Его поучится день и нощь" (Пс. 1, 1-2).
* [Синодальный перевод: "Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых и не стоит на пути грешных, и не сидит в собрании развратителей; но в законе Господа воля его, и о законе Его размышляет он день и ночь! " (Пс. 1, 1-2)].




I. Значение Библии


* Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837):
Есть Книга, коей каждое слово истолковано, объяснено проповедано во всех концах земли, применено ко всевозможным обстоятельствам жизни и происшествиям мира; из коей нельзя повторить ни единого выражения, которого не знали бы все наизусть, которое не было бы уже пословицею народов; она не заключает уже для нас ничего неизвестного; но книга сия называется Евангелием, и такова её вечно новая прелесть, что если мы, пресыщенные миром или удручённые унынием, случайно откроем её, то уже не в силах противиться её сладостному увлечению и погружаемся духом в её божественное красноречие.
(Пушкин А.С. Полное собрание сочинений в 10 томах / Изд. АН СССР. Т.7. М., 1958. С. 470).



* Роберт Бойль (1627-1691), английский химик и физик:
В сравнении с Библией все человеческие книги являются малыми планетами, которые свой свет и блеск получают от Солнца.
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры". М., 2002. С. 285).



* Виссарион Григорьевич Белинский (1811-1848):
Есть книга, в которой сказано всё, всё решено, после которой ни в чём нет сомнения, книга безсмертная, святая, книга вечной истины, вечной жизни - Евангелие. Весь прогресс человечества, все успехи в науках, в философии заключаются только в большем проникновении в таинственную глубину этой Божественной Книги"
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры". М., 2002. С. 253).



* Федор Михайлович Достоевский (1821-1881):
Господи! что за книга это Священное Писание, какое чудо и какая сила, данные с ней человеку! Точно изваяние мира и человека и характеров человеческих, и названо всё и указано всё на веки веков. И сколько Таин - разрешённых и откровенных! Гибель народу без Слова Божия, ибо жаждет душа его Слова и всякого прекрасного восприятия"
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры". М., 2002. С. 13).



* Александр Иванович Герцен (1812-1870):
Евангелие я читал много и с любовью, по-славянски и в лютеровском переводе. Я читал без всякого руководства, не всё понимал, но чувствовал искреннее и глубокое уважение к читаемому. В первой молодости моей я часто увлекался вольтерианизмом, любил иронию и насмешку, но не помню, что бы когда-нибудь я взял в руки Евангелие с холодным чувством: это меня проводило через всю жизнь; во все возрасты, при разных событиях, я возвращался к чтению Евангелия, и всякий раз его содержание низводило мир и кротость на душу.
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры". М., 2002. С. 246).



* В книге "Величайшее произведение английской классики" Клеланд Макафи пишет: "Если бы все экземпляры Библии в каком-нибудь крупном городе были уничтожены, эту Книгу можно было бы в значительной мере восстановить за счёт цитат на полках книг городской публичной библиотеки. Существуют монографии по практически всем крупным писателям, посвящённые тому насколько на этих писателей повлияла Библия".
(Джош Макдауэлл. Неоспоримые свидетельства. Исторические свидетельства, факты, документы христианства М., 1993. C. 15).



* Николай Васильевич Гоголь (1809-1852):
Выше того не выдумать, что уже есть в Евангелии. Сколько раз уже отшатывалось от него человечество и сколько раз обращалось. Несколько раз совершит человечество своё кругообращение… несколько мыслей совершит… оборот мыслей… и возвратится вновь к Евангелию, подтвердив опытом событий истину каждого его слова. Вечное, оно вкоренится глубже и глубже, как дерева, шатаемые ветром, пускают глубже и глубже свои корни.
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры". М., 2002. C. 22).

Он же:
* Будьте не мёртвые, а живые души. Нет другой двери, кроме указанной Иисусом Христом, и всяк, прелезай иначе есть тать и разбойник.
(Н.В. Гоголь. Духовная проза. М., 1992. C. 443).

[* Доктор филологических наук В.А. Воропаев:
По свидетельству современников, Гоголь ежедневно читал по главе из Ветхого Завета, а также Евангелие на церковнославянском, латинском, греческом и английском языках. Он говорил: "Один только исход общества из нынешнего положения - Евангелие".
(В.А. Воропаев. Гоголь над страницами духовных книг. М., 2002. C. 196).

* В другой статье Воропаев писал: "В апреле 1848г., когда в Европе кипели политические страсти, Николай Васильевич писал графине С.П. Апраксиной: "Не смущайтесь никакими событиями мира. Проезжайте с Богом повсюду. Справляйтесь только при каждом поступке Вашем с Евангелием". (Газета "Десятина". 2005. №1. C. 5).

* Литературовед Игорь Золотусский:
Гоголь говорил: "Выше того, что сказано в Евангелии, уже не скажешь". Поэзия, искусство, по его словам, - лишь "незримая ступень к христианству"].



* Генрих Гейне (1797-1856), немецкий поэт, публицист и критик.:
Своим душевным просветлением я всецело обязан простому чтению одной книги. Одной книги? Да, и эта старая простая книга, скромная, как природа, и естественная, как естественна природа, книга, которая деловито (werkeltagig) и просто выглядит, как солнце, которое нас греет, как хлеб, который нас питает… - и эта книга, коротко говоря есть Библия. Совершенно справедливо, называют её Священным Писанием. Кто потерял Бога в душе своей, тот может снова найти Его в этой книге, а кто никогда Его не знал, на того повеет от неё дыханием Божественного Слова.
(Heine H. Samtliche Werke. Bd. 5. Uber Deutschland. Th. 1. Zur Geschichte der Religion und Philosophie in Deutschland. Hamburg, 1872. S. 25-26). Приведя эту цитату, епископ Варнава (Беляев, †6.5.1963) пишет: "Нет нужды приводить в пользу Библии ещё больше отзывов (которых вообще немало). И этого, вышедшего из уст такого кощунника, как Гейне (одна его знаменитая фраза при последнем издыхании чего стоит!), достаточна разумному человеку для преклонения перед благодатной силой Слова Божия". (Епископ Варнава (Беляев). Основы искусства святости. Т.1. Нижний Новгород, 1995. C. 60).



* Николай Иванович Надеждин (1804-1856), "русский критик, эстетик. В 1831-36 издавал журнал "Телескоп" и приложение к нему газету "Молва", в которой сотрудничал В.Г. Белинский. Положительно оценивал некоторые произв. А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя. Одним из первых разрабатывал эстетические признаки реализма" ("Советский энциклопедический словарь"):
Известно, что всё образование новых европейских народов и их литератур началось и развивалось под сению христианства. Священное Писание, сие живое слово живого Бога, было для них всем и первой учебной книгой, и первым кодексом законов, и, наконец, первым источником творческого одушевления, первым образцом литературного совершенства. Точно так случилось и с нашей святой Русью: в струях Почайны, восприяла она, с новой верой новую жизнь во всех отношениях; вместе с Евангелием получила письмена для своего языка, сделалась книжною.
(Статья "Европеизм и народность в отношении к русской словесности" // "Телескоп". Ч. ХXХI. М.,1836. Цит. по: "В поисках своего пути: Россия между Европой и Азией". М., 1997. C. 41-42).



* Иоганн Вольфганг Гете (1749-1832) немецкий поэт, мыслитель и естествоиспытатель:
Пусть мир прогрессирует и развивается, сколько ему угодно, пусть все отрасли человеческого исследования и знания раскрываются до высшей степени, ничто не может заменить Библию, она - основа всякого образования и всякого развития!
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры" М., 2002. С. 270).



* Михаил Васильевич Ломоносов (1711-1765):
Создатель дал роду человеческому две книги. В одной Он показал Своё величество, в другой - Свою волю. Первая - видимый сей мир, Им созданный, чтобы человек, смотря на огромность, красоту и стройность его зданий, признал Божественное всемогущество, по мере себе дарованного понятия. Вторая книга - Священное Писание. В ней показано Создателево благоволение к нашему спасению. В сих пророческих и апостольских боговдохновенных книгах истолкователи и изъяснители - суть великие церковные учители. А в оной книге сложения видимого мира сего физики, математики, астрономы и прочие изъяснители божественных в натуру влиянных действий суть таковы, каковы в оной книге пророки, апостолы, церковные учителя… обои обще удостоверяют нас не токмо о бытии Божием, но и о несказанных к нам его благодеяниях. Грех всевать между ними плевелы и раздоры.
(Ломоносов М.В. Сочинения. М., 1961. C. 496-497. Цит. по: Начала христианской психологии. Учебное пособие для вузов. Программа Государственного комитета РФ по высшему образованию "Обновление гуманитарного образования в России". М.: "Наука", 1995. С. 60-61).



* Василий Андреевич Жуковский (1783-1852):
На третьей межд. конференции "Евангельский текст в русской литературе" (прошедшей с 31 мая по 4 июня 1999 г. в Петрозаводском государственном университете) "Ф.З. Канунова в своём докладе заметила, что Жуковский, который знал Евангелие наизусть, говорил: "Не надо никакой национальной идеи, у нас есть Нагорная проповедь"
(Газета "Татьянин День" 1999. № 33. С. 21).



* Дени Дидро (1713-1784) французский писатель и философ, энциклопедист:
Откровенно, со всей искренностью признаюсь в том, что мне неизвестно, ни во Франции, ни где-либо во всём мире ни одного человека, который мог бы писать и говорить с большим искусством и талантом, чем те рыбаки и мытари, которые написали Евангелие. Я осмеливаюсь утверждать, что никто не в состоянии написать хотя бы подобный евангельскому рассказ, который был бы так прост и в то же время возвышен, так свеж, так трогателен, обладал бы таким могущественным воздействием на душу и не слабеющим на протяжении целых веков влиянием, каким является для нас каждое взятое отдельно, даже незначительное евангельское известие о страданиях и смерти Иисуса Христа.
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры" М., 2002. С. 109).



* Вальтер Скотт (1771-1832): "О сей величественный том! В нём тайна тайн, и чудо в нём. Блажен, кого сподобил Бог Вкусить величье этих строк, Свою познать с безсмертьем связь, Страшась, надеясь и молясь - И горе смертным тем, кто здесь Впадал в сомненье или спесь" (Цитата по книге: Джош Макдауэлл. Неоспоримые свидетельства. Исторические свидетельства, факты, документы христианства. М., 1993. С. 68).



* Жан-Жак Руссо (1712-1778), французский философ, писатель и композитор:
Можем ли мы сказать, что евангельская история есть изобретение? Такие вещи, мой любезный друг, не изобретаются, и история Сократа (в этом никто не сомневается) менее достоверна, чем история Иисуса Христа. Утверждать противное значило бы только отодвинуть в сторону сущность вопроса, но не разрешить его. Наш разум скорее готов принять, что одно лицо своею жизнью действительно дало содержание евангельской истории, чем допустить, будто несколько лиц, сговорившись, сочинили такую историю. Иудейские писатели не в состоянии были изобрести ни такого тона, ни такой нравственности; Евангелие носит на себе такие высокие, удивительные и совершенно неподражаемые следы мудрости, что изобретатель заслуживал бы большего удивления, чем герой. Ко всему сказанному нужно прибавить, что Евангелие есть совершенно непостижимая вещь, которой не может постичь разум, но в тоже время и не такая, которой не понимал бы мыслящий человек и с которою бы не мог согласиться.
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры" М., 2002. С. 312).



* Святой праведный Иоанн Кронштадтский (память 20.12.1908 по ст. ст.):
Священное Писание есть величайшее чудо в рассуждение лиц, чудесно его написавших. Не чудо ли человеку неграмотному, некнижному, простому, знавшему прежде только рыбный промысел, написать такие прекрасные, сладкие Писания, которыми никогда не насытишься; записать такие истины, которые простому человеку не могут сами по себе и в голову прийти, написать так просто и так умно?
(Св. прав. Иоанн Кронштадтский. Творения. Дневник. Т.1: 1856-1858. Кн. 2. М., 2002. С. 319).



* Константин Дмитриевич Ушинский (1824-1870/1871), "русский педагог-демократ, основоположник научной педагогики в России. <...> В 1945г. советским правительством учреждена медаль Ушинского ("Советский энциклопедический словарь").
Евангелие - единственный и наиболее совершенный источник нравственности, дающий живой образ совершенства в Лице Христа-Спасителя. Христианская религия является источником благодетельного влияния на умственное и нравственное развитие человеческого общества. Изучение Священной Истории - Библии - является важным предметом в системе воспитания и благодетельно действует на умственное и нравственное развитие детей. Евангелие раскрыло в сердце человеческом стремление к истинному совершенству. Всё, чем человек, как человек, может и должен быть, выражено вполне в Божественном учении и воспитанию остаётся только прежде всего и в основу всего вкоренить истины христианства.
(Цитаты по брошюре Информационно-координационного центра Православного образования в России "К.Д. Ушинский как педагог-христианин". М., Высокопетровский м-рь, 1994. С. 4, 9).



* Дирижёр Санкт-Петербургской филармонии Юрий Темирканов:
Конечно, необходимо знать не только всеобщую историю, но и историю религии, церкви. Если человек не знает Священного Писания, то многое в классической музыке, живописи будет от него закрыто.
("Литературная газета". 22-28.09. 2004. № 37. С.10).



* Художник Марк Шагал (1887-1985), "французский живописец и график. Фантастические, иррациональные произведения, часто на фольклорные и библейские темы…" ("Советский энциклопедический словарь"):
Библия очаровала меня с раннего детства. Я считаю эту книгу непревзойдённым источником поэтического вдохновения.
(Журнал "Художественная галерея. Полное собрание работ всемирно известных художников". 2005, № 35. "Шагал". С. 30).



* Президент Российской Академии образования Николай Дмитриевич Никандров:
Будем помнить, что всех великих педагогов прошлого вдохновляло Священное Писание <...> Не знаю другого источника, в котором с такой полнотой и определённостью было бы изложено учение веры, надежды и любви, как в Библии. В этих словах - суть христианского учения.
(Газета "Воскресная школа". 1998, январь. №4(28). С. 3).



* Марк Григорьевич Качурин (род. 1923), учитель русской словесности, почти полвека преподающий в средней и высшей школе, доктор педагогических наук, профессор Российского педагогического университета им. А.И. Герцена, автор книг для школьников, студентов, учителей-словесников:
"Книга книг… Так говорят о Библии, тем самым обозначая с предельной краткостью её место в человеческой культуре. Это Книга в самом общем, высшем и единичном значении, которое с незапамятных времён живёт в сознании народов: Книга судеб, хранящая тайны жизни и предначертания будущего. Это Священное Писание, которое все христиане воспринимают как внушенное самим Богом. И это сокровищница мудрости для всех мыслящих людей Земли, каковы бы ни были их верования. Это книга-библиотека, которая более тысячи лет складывалась из многих словесных произведений, созданных разными авторами, на разных языках. И это целостное творение, поражающее совершенством и алмазной прочностью в жесточайших испытаниях истории. Это книга, которая вызвала к жизни безчисленное множество других книг, где живут её идеи и образы: переводов, переложений, произведений словесного искусства, толкований, исследований. И с течением времени её созидающая энергия не умаляется, а возрастает. <...> С тех пор, как славянский перевод Евангелия, Псалтыри и других библейских книг, созданный великими просветителями Кириллом и Мефодием, появился на Руси, Библия стала первой и главной книгой русской культуры: по ней ребёнок учился грамоте и мышлению, христианским истинам и нормам жизни, началам нравственности и основам словесного художества. Библия вошла в народное сознание, в повседневный быт и духовное бытие, в обыденную и высокую речь; она не воспринималась как переводная, но как родная и умеющая роднить людей всех языков. <...> множество библейских выражений живут в современном русском языке, напоминая о его истоках и об истории нашей культуры. Возвращении Библии позволило читателям совершить ещё одно открытие: оказалось, что вся русская литературная классика, от древности до современности, связана с Книгой книг, опирается на её истины и заветы, нравственные и художественные ценности, соотносит с нею свои идеалы, приводит её речения, притчи, легенды… Эта связь не всегда очевидна, но открывается в пристальном, отзывчивом чтении и вносит как бы новое измерение в "художественную вселенную", созидаемую словесным искусством.
(Библия и русская литература. Хрестоматия. СПб, 1995. С.7-9).



* Джош Макдауэлл:
Историк Филип Шафф в своей книге "Личность Христа" живо описывает эту уникальность Библии как книги о Спасителе: "Этот Иисус из Назарета, без денег и без оружия, завоевал больше миллионов, чем Александр Македонский, Цезарь, Магомет и Наполеон; без науки и учения Он пролили больше света на человеческие и Божественные предметы, чем все учёные и философы вместе взятые; без схоластического красноречия Он произносил такие слова Жизни, как никто до Него и после, и действие они имели такое, какого никогда не достигал ни один оратор или поэт; не написав ни одной строчки, Он привёл в движение больше перьев, и вдохновил на большее число проповедей, речей, споров, учёных трудов, произведений искусства и хвалебных песен, чем целая армия великих мужей древности и современности". Бернард Рамм добавляет, что "изучение Библии породило библиографические труды такой изощрённости, какой нет равных ни в одной другой области знания или науке. От отцов Церкви, писавших в 95г. от Р.Х. до наших времён протекает великая река справочников, вдохновлённых Библией, - библейские справочники, библейские словари, библейские энциклопедии, толковые словари, учебники библейской географии и библейские атласы. И это только начало! Мы можем затем упомянуть хотя бы обширные библиографии вокруг богословия, религиозного образования, гимнологии, миссионерства, библейских языков, истории церкви, религиозных биографий, книги религиозных обрядов, свидетельства, апологетические труды, и многое, многое другое. Количество книг вокруг Библии представляется безконечным". Кеннет Скотт Латурет, бывший историк Йельского университета пишет: "Свидетельством Его важности, того влияния, которое Он имел на историю, и, по всей видимости, непостижимой загадки Его бытия, стало то, что ничья другая жизнь на этой планете не породила такого огромного объёма произведений столь многих народов, на стольких языках. И поток этих произведений не оскудевает, а, напротив набирает силу.
(Джош Макдауэлл. Неоспоримые свидетельства. Исторические свидетельства, факты, документы христианства. М., 1993. С.15-16). "Один профессор заметил в разговоре со мной: "Если вы умный человек, то при условии, что вы ищите истину, вы будете читать ту единственную книгу, которая привлекла к себе внимания больше, чем все остальные" (Там же. С.16).



* О глубине воздействия на людей Спасителя свидетельствует и действующий президент США: "На вопрос: кто является наиболее существенным, с его точки зрения, политическим философом? - Дж. Буш-младший ответил: "Христос, потому что он изменил моё сердце"
("Литературная газета". 16-22.3.2005. № 10. С.12).



* Д-р филологических н-к Иван Андреевич Есаулов пишет:
Известно, что литургический (в цитатах здесь и далее курсивом выделено в цитируемом источнике - Сост.) вариант Священного Писания изначально доминирует в русской традиции над его книжным текстом. Освоение Нового и Ветхого Завета для русского православного человека совершалось не столько посредством индивидуального чтения духовных произведений (хотя этот фактор переоценить невозможно), сколько как раз личным участием в православном соборном богослужении, которое сформировало особую поведенческую структуру, особый православный менталитет. Наличествуя в качестве архетипа, этот менталитет и отразился в литературных текстах художественных произведений даже тех русских авторов, которые биографически могли и не принимать (на уровне рационального осмысления, обращаясь к письменным книжным источникам) те или иные стороны христианского вероисповедания"
(Цитата по книге Есаулов И.А. "Категория соборности в русской литературе" изд. Петрозаводского университета, 1996, с. 268-269).



* Проф. Московской Духовной Академии Митрофан Дмитриевич Муретов († 1917): "Частные и неясные стремления всех религий - а также всех поэзий, художеств и философий, поскольку все они своими лучшими или идеальными, соприкасаются с религией - Новый Завет не только собирает и проявляет в одной высшей и средоточной идеи Богочеловека-Спасителя, но и осуществляет эту идею в идеальном лице действительного Богочеловека-Спасителя Иисуса Христа, являясь выражением и осуществлением всех наивысших религиозно-нравственных потребностей и запросов человеческой души, как отобраза Бога, а следовательно, христианки по своей природе, действительным и действенным идеалом всех религий. В этом и есть непреоборимая и неотразимо вседейственная, даже всемогущая сила христианства - существеннейшая сторона Нового Завета. Христианство есть религия, преобразующая человека по образу Спасителя-Богочеловека и перерождающая плоть человека из тела душевного в тело духовное, религия Богочеловечества и богосовершенства человека" (Муретов М.Д. Избранные труды. М., 2002. С.19).



* "Как сообщил представитель Германского Библейского общества Библия полностью или частично издана на 2355 языках народов мира. По его словам Библия остаётся самой переводимой книгой всех времён и народов. В течение 2003 г., объявленного международным годом Библии, были завершены её переводы на 52 языка. По данным Библейского общества, полностью Священное Писание издано на 414 языках, Новый Завет - на 1068 языках, а отдельные книги Библии - на 873 языках. Лидируют в приобщении к Библии африканцы: представители 665 народностей "чёрного континента" могут читать её на родном языке. В Азии Библия переведена на 585 языков, в Австралии, Новой Зеландии и Океании - на 414, в Латинской Америке и странах Карибского бассейна - на 404, Европе - на 209, Северной Америке - на 75. Есть так же три перевода на эсперанто и другие "искусственные языки"
(Журнал "Миссионерское обозрение". 2004, № 3(101). С.7).



* Достоевский Ф.М. Письмо С.А. Ивановой (1/13.01.1868):
На свете есть одно только положительно прекрасное лицо - Христос, так что явление этого безмерно, бесконечно прекрасного лица уж, конечно, есть бесконечное чудо" (Цитата по книге: "...Из русской думы" Т. 1, М., 1995. С. 157). * Достоевский Ф.М. Письмо Н.Д. Фонвизиной (январь-февраль 1854):
... Я сложил в себе символ веры, в котором всё для меня ясно и свято. Этот символ очень прост, вот он: верить, что нет ничего прекраснее, глубже, симпатичнее, разумнее, мужественнее и совершеннее Христа, и не только нет, но с ревнивою любовью говорю себе, что и не может быть. Мало того, если б кто мне доказал, что Христос вне истины и действительно было бы, что истина вне Христа, то мне лучше хотелось бы оставаться со Христом, нежели с истиной"
(Там же. С.156).



* В.Н. Муравьёв, один из авторов сборника "Из глубины", в "Философских заметках" писал:
Забудем на мгновение внушённое нам с детства убеждение, что Христос - Бог. Представим себе, что Он /здесь и ниже в цитируемом источнике с малой буквы - составитель/ только человек. Тогда быть может подвиг Его, не подкреплённый возможным содействием легионов ангелов, будет ещё больше. Если же представить себе, что у Него были минуты сомнения, когда Он не верил буквально в ожидающий Его престол "одесную Отца", но погружался также как все люди в их смертный час в тёмное море неизвестного, - акт Его в наших глазах будет ещё выше и прекраснее. Наоборот, чем больше мы возвеличиваем Иисуса, превращая Его и Божество, тем больше мы умаляем значение Голгофы. Жизнь же его, как человека достаточна, чтобы признать в нём Сына Божия. (Последняя строка приведена также как и в цитируемом источнике - Сост.)
(Журнал "Вопросы философии". 1992. № 1. с. 112).



* Алексей Фёдорович Лосев (1893-1988), "философ, филолог, доктор филологических наук, профессор Московского государственного педагогического института" (Советский энциклопедический словарь):
Письма из лагеря жене (11.3.1932): "... Христос выше и дороже и понимания жизни и самой жизни"
(Цитата по книге: "...Из русской думы". Т. 2, М., 1995. С.204-205).



Василий Васильевич Розанов (1856-1919); статья "Русская церковь" (1909):
…Иисус не человек, а Существо, и Евангелие есть действительно сверхъестественная книга, где передан рассказ о совершенно Сверхъестественном Существе, и самые события сверхъестественны же. При этом мы разумеем не чудеса Иисуса, которые могли быть апокрифичны или легендарны. Единственное и главное чудо, и притом совершенно безспорное - есть Он Сам. Даже если согласиться с крайними скептиками, уверяющими что Иисуса никогда не было и что миф есть самая история, самый сюжет евангельский, то всё же отсюда скептики не получат никакой пользы: вымыслить такое Лицо, со всей красотою Его образа и непостижимыми Его речами, так же трудно и невероятно, и было бы чудесно как и быть такому Лицу. Предположим, что Платона никогда не было, а был кто-то приписавший ему диалоги, на которых поставлено имя "Платон". Плохая шутка: этот кто-то, кто написал их, пусть имя ему будет Сидор, а не Платон, и был он перс, а не грек - всё равно был как гений Платон, с таким именно содержанием в голове, какое мы приписываем Платону. Ведь мы и всё человечество не оттого признали Иисуса "Сыном Божиим", что так велели нам апостолы, что это завещали они нам как веру? Но мы сами и волею своею, прочитав речи Иисуса, прочитав Нагорную Его Проповедь, да и все Его речи, восклицаем с Нафанаилом "Равви! Ты - Сын Божий! Ты - Царь Израилев" (Ин.1,49). И исповедование Самарянки, и исповедание Никодима, и всего израильского народа, устилавшего одеждами Ему путь, при входе в Иерусалим и восклицавшего "благословен грядый во Имя Господне" (Мф.21,9) - всё это есть наше исповедание, без всякого подсказывания и помимо какого-либо авторитета для нас самих евангелистов-рассказчиков. <...> Европа, цивилизация европейская выросла из Христианства. Даже как спор против Церквей, как "ереси" - она выросла из него же. Высота европейской цивилизации показует, как высоко было Христианство. Воистину, не человек его основал!
(В книге: "Православие PRO ET CONTRA" СПб, 2001. С. 134-135).



* А.С. Пушкин (1799-1837):
Я думаю, что мы никогда не дадим народу ничего лучше Писания… Его вкус становится понятным, когда начинаешь читать Писание, потому что в нём находишь всю человеческую жизнь. Религия создала искусство и литературу; всё, что было великого в самой глубокой древности, всё находится в зависимости от этого религиозного чувства, присущего человеку так же, как и идея красоты вместе с идеей добра… Поэзия Библии особенно доступна для чистого воображения. Мои дети будут читать вместе со мной Библию в подлиннике… Библия - всемирна.
(Цитата по книге: "Непознанный мир веры" М., 2002. С. 211).


II



* М.Г. Качурин:
Само название этой книги - драгоценный факт истории культуры. Оно произошло от слова ??????: это греческое имя египетского растения папирус, из которого в древности изготовляли хижины, лодки, множество иных полезных вещей, а главное - материал для письма, опору человеческой памяти, важнейшую основу культуры.
Книгу, написанную на папирусе греки называли ? ??????, если же она была небольшой, говорили ?? ??????? - книжечка, а во множественном числе - ?? ??????. Потому-то первое значение слова Библия - собрание небольших книг...
("Библия и русская литература. Хрестоматия" СПб, 1995. С.10).


* Протоиерей Геннадий Нефёдов преподаватель Московской Духовной Семинарии:
По наблюдению священника Павла Флоренского, <...>: "Согнивающему пергаменту, или мягкому воску, или истлевающей, воспламеняющейся, рвущейся и мнущейся бумаге доверены слова Божественного откровения. И однако в этом непрочном и недолговечном веществе подлинно живёт вечная истина, им и через него является миру.
(Протоиерей Геннадий Нефёдов. "Таинства и обряды Православной Церкви. Учебное пособие по Литургике" М., 1999. С. 20).


* Джош Макдауэлл . Выпускник Уитонского колледжа, с отличием окончил теологическую семинарию Тальбег, член двух почётных национальных обществ, один из наиболее популярных лекторов, выступающих в студенческих городах американских университетов":
В настоящее время имеется более 5300 греческих рукописей Нового Завета. Добавив более 10000 копий латинской Вульгаты и, по меньшей мере, 9300 других разных рукописей мы получим, что различные фрагменты Нового Завета существуют в настоящее время более, чем в 24 тысячах рукописных экземпляров.
Ни один другой документ древности не переписывался так часто и не пользовался таким признанием. По сравнению с Новым Заветом, "Илиада" Гомера - следующий по количеству списков текст - дошла до нас в количестве 643 рукописей. Первый полный текст Гомера, сохранившийся до наших дней, относится к XIII веку.
Ниже следует таблица дошедших до нас списков Нового Завета.
Греческие:
Уницальным письмом………………267
Минусккулом……………………… 2764
Для чтения в слух (лекционары)……2143
Папирусы………………………………88
<...>
Латинские Вульгаты…………более 10000
Эфиопские ……………………более 2000
Славянские………………………………4101
Армянские……………………………… 2587
Сирийские…………………… более 350
<...>
Франкские …………………………………..1
Джон Уорик Монтгомери замечает, что "скептицизм по отношению к итоговым текстам Нового Завета означает, что следует отрицать существование всей классической древности, от которой до нас не дошло ни одного столь библиографически надёжного документа, как Новый Завет".
Сэр Фредрик Джон Кеньон, занимавший должность директора и главного библиотекаря Британского музея, был, вероятно, самым авторитетным специалистом по рукописям в мире. Он пишет следующее: "… списки Нового Завета отличаются от рукописных копий произведений классических авторов в лучшую сторону не только своим числом. Ни в одном другом случае не прошло столь краткого периода времени между появлением оригинального произведения и датой наиболее древней из сохранившихся до наших дней рукописи. Книги Нового Завета были написаны в конце I века; наиболее древние из сохранившихся рукописей (не считая незначительных обрывков) изготовлены в IV веке, т.е. на 250-300 лет позже.
Этот период может показаться значительным, однако он ничтожен по сравнению с тем, что разделяет древних классиков и наиболее ранние из сохранившихся списков их произведений. Считается, что мы располагаем по сути точными текстами всех семи сохранившихся пьес Софокла, однако наиболее древний надёжный список, на котором основан этот текст, был составлен более 1400 лет спустя после смерти драматурга".
Ф. Харт: "По разнообразию и полноте рукописей, на которых он основан, текст Нового Завета занимает уникальное и недостижимое положение среди памятников древней письменности".
<...>
В своей книге "Документы Нового Завета" Ф.Ф. Брюс живо сравнивает Новый Завет с древними историческими трудами: "Оценить богатство рукописных свидетельств Нового Завета можно если сравнить их с сохранившимися списками других исторических трудов древности. "Гальские войны" Цезаря, написанные между 58 и 50 г. до Р.Х. сохранились в большом количестве списков, но только 9 или10 из них отличаются достаточно высоким качеством, и самая ранняя из этих рукописей написана 900 лет спустя после смерти Цезаря. Из 142 книг "Римской истории" Ливия (59г. до Р.Х. - 17г. от Р.Х.) сохранилось лишь 35, которые дошли до нас в лучшем случае в 20 списках различного происхождения, при чём, самый ранний из них (с отрывками 3-6 книг) относится к IV веку. Из 14 книг "Истории" Тацита (около 100г. по Р.Х.) сохранилось лишь 4 с половиной; из 16 книг его "Анналов" 10 сохранилось целиком и две - частично. Весь текст сохранившихся фрагментов двух великих исторических трудов Тацита основан полностью на двух списках, одном - IX века, и одном - XI.
Все сохранившиеся списки его мелких работ ("Диалог об ораторах", "Агрикола", "Германия") восходят к одной рукописи Х века. "История" Фукидида (около 460-400г. до Р.Х.) известна по 8 рукописям, самая ранняя из которых относится примерно к 900г. от Р.Х. и нескольким обрывкам папируса, датирующимся началом христианской эры. То же самое справедливо по отношению к "Истории" Геродота (488-428г. до Р.Х.). Однако ни один серьёзный учёный не станет слушать утверждений о сомнительности трудов Геродота или Фукидида, базирующихся на том, что самые ранние списки их работ на 13 с лишним веков моложе оригинала". <...>
Гринсли пишет о периоде времени о периоде времени, разделяющим автограф произведения и дошедшую до наших дней рукописную копию. Он говорит, что "старейшие из известных списков греческих классиков на тысячу лет или более того моложе, чем оригиналы. <...> коль скоро учёные с доверием относятся к трудам древних классиков, несмотря даже на то, что их самые старые списки изготовлены настолько позднее оригиналов, а число дошедших до нас списков иногда столь мало, - становится ясной достоверность текста Нового Завета".
Ф.Ф. Брюс пишет: "Ни для одной группы произведений древней литературы не существует такого обилия достоверных текстов как для Нового Завета". <...>
Наиболее древний сохранившийся фрагмент Нового Завета представляет собой рукопись Джона Райланда (130г.), хранящуюся в библиотеке имени Джона Райланда в английском городе Манчестере. Возраст этого списка, место его находки (Египет), некоторое удаление от традиционного места написания (Малая Азия) - всё это заставляет нас признать, что данный отрывок из Евангелия от Иоанна подтверждает общепринятое мнение о времени написания этого Евангелия, т.е. конец I века.
II папирус Бодмера (150-200г.) находящийся в бодмеровской библиотеке мировой литературы, содержит большую часть Евангелия от Иоанна.
В своей статье "О датировке II папируса Бодмера", помещённой в 1960г. в "Учёных записках Австрийской Академии Наук" Херберг Хунгер, директор коллекции папирусов венской Национальной Библиотеки относит эту рукопись к ещё более раннему периоду - к середине, если не первой половине II века.
Папирусы Честера Битти (200г.) хранятся в Музеи Честера Битти в Дублине, а так же в Мичиганском университете. Это собрание состоит из рукописей на папирусе, три из которых - крупные фрагменты Нового Завета.
В книге "Библия и современная наука" сэр Фредрик Джон Кеньон пишет: "Конечным результатом этого открытия - которое остаётся самым важным с момента обнаружения Синайского кодекса - было сужение времени между древними рукописями и традиционной датировкой произведений Нового Завета до такой степени, что этот промежуток перестал играть какую-либо роль в спорах о подлинности Евангелия. Такого огромного количества древних списков нет ни для одной античной книги, и не один непредвзятый исследователь не станет оспаривать подлинности дошедшего до нас текста Нового Завета. <...>
Ватиканский кодекс (325-350 гг.) находится в библиотеке Ватикана и содержит почти весь текст Библии.
Синайский кодекс (350 г.) хранится в Британском музее, Эта рукопись содержит почти весь текст Нового Завета и более половины текста Ветхого Завета. <...>
Александрийский кодекс (400г.), хранится в Британском Музеи. Согласно британской энциклопедии он написан по-гречески в Египте. Он содержит почти весь текст Библии.
(Джош Макдауэлл "Неоспоримые свидетельства. Исторические свидетельства, факты, документы христианства" М., 1993. С. 31-42).


* В "Миссионерском обозрении" читаем:
Не останавливаясь подробно на методах датировки (желающие изучить этот вопрос более предметно могут обратиться, например, к книге Дональда Гатри "Введение в Новый Завет") мы отметим, что в наше время все, в том числе и не христианские, исследователи едины во мнении: значительная часть новозаветных документов написана в I веке - при жизни первого или второго поколения учеников Иисуса Христа. Вот, к примеру, датировка, которую приводит известный религиовед Мирча Элиаде (не христианин) в своём "Словаре религий, обрядов и верований":
Послания апостола Павла - 50-60-е годы нашей эры.
Евангелие от Марка - около 70 года.
Евангелия от Луки и Матфея - около 80 года.
Евангелие от Иоанна - около 100 года.
Я сознательно беру эти данные у неверующего учёного.
(В газете "Православная Москва". №16(322), август 2004 г.).


* Джош Макдауэлл о текстах Ветхого Завета:
Талмудисты разработали весьма изощрённую систему переписывания синогогальных свитков.
Сэмьюел Дейвидсон описывает пункты устава талмудистов, касающиеся Ветхого Завета. Эти подробные установления (здесь будет использована нумерация, принятая Гейслером и Никсом), заключались в следующем:
"1. Синогогальный свиток должен быть написан на шкурах чистых животных. 2. Эти шкуры выделываются для синагоги евреем. 3. Они скрепляются вместе сухожилиями чистых животных. 4. На каждом куске пергамента должно находиться определённое количество столбцов, постоянное на продолжении всей рукописи. 5. Длина каждого столбца не должна быть менее 48 и более 60 строк, каждая строка должна содержать 30 букв. 6. Все слова в рукописи должны располагаться по линейке, и если три слова написаны неровно, то рукопись считается негодной. 7. Чернила должны быть только чёрными, а не красными, или какого бы то ни было иного цвета, и приготовлены согласно определённому рецепту. 8. Переписчик не должен ни в чём отклоняться от оригинала, представляющего собой аутентичную копию. 9. Ни одного слова, ни одной буквы, даже иоты не должно писать по памяти, не смотря на лежащую перед ним рукопись… 10. Между любыми двумя согласными должно оставаться пространство равное толщине волоса или нити. 11. Между любыми двумя абзацами должно оставаться пространство шириной в девять согласных, а, 12 между книгами - шириной в три строки. 13. Пятая книга Моисеева должны оканчиваться полной строкой, хотя с другими книгами это не обязательно. 14. Кроме того, переписчик должен работать в полной традиционной еврейской одежде, 15 вымыв всё своё тело. 16. Не начинать писать имени Бога только что обмакнув перо в чернила. Наконец, 17. Если царь обратится к нему, когда он пишет это имя, писец должен не обратить на него никакого внимания.
Дэйвидсон добавляет, что "свитки, в которых не выполняются эти правила, должны были закапываться в землю или сжигаться, либо передаваться в школы для использования в качестве учебников".
Почему до нас дошло сравнительно мало древних рукописей Ветхого Завета? <...> Талмудисты настолько уверены в точности изготовления рукописных копий, что считали новый список равносильным оригиналу. Фредерик Кеньон в книги "Наша Библия и другие рукописи" останавливается на этой уверенности, приводившей к уничтожению более древних списков: "Та же исключительная тщательность, с которой относились к переписыванию рукописей, лежит в основе исчезновения более древних копий. Когда рукопись копировалась с точностью предписанной Талмудом, а затем должным образом проверялась, она считалась подлинной, обладающей такой же ценностью, как любая другая копия. Если все копии были одинаково "подлинными", возраст не давал одному списку преимущества перед другим, и даже, напротив, возраст был определённым недостаткам, ибо со временем любая рукопись истиралась или повреждалась. Поврежденная или несовершенная копия немедленно признавалась негодной к использованию.
(Джош Макдауэлл "Неоспоримые свидетельства. Исторические свидетельства, факты, документы христианства" М., 1993. С. 45-47).


III



* Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II:
Библия - это книга, обращённая ко всему человечеству. Библия говорила нашим предкам, говорит нам и будет говорить нашим потомкам об отношениях Бога и человека, о прошлом, настоящем и будущем Земли, на которой мы живём.
(Цит. по книге "Библия и русская литература. Хрестоматия" СПб, 1995. С.10).


* Святитель Василий Кинешемский (13.8.1945):
Почему же Евангелие называется Евангелием? Почему оно называется благою вестью?
Это весточка из потустороннего мира на грешную землю. Весть от Бога страдающему, томящемуся во грехе человеку; весть о возможности возрождения к новой, чистой жизни; весть о светлом счастье и радости будущего; весть о том, что всё уже для этого сделано, что Господь отдал за нас Своего Сына.
(Свт. Василий епископ Кинешемский "Беседы на Евангелие от Марка" М., 1996. С. 43-44).


* Прот. Георгий Флоровский (1893-1979):
Величайшая тайна и чудо Библии коренится именно в том факте, что это слово Божие на человеческом языке. Совершенно верно первые христианские экзегеты видели в ветхозаветных писаниях предвосхищение или прототип грядущего воплощения Бога.
(Цит. по книге: Арх. Алипий, Арх. Исаия "Догматическое Богословие" Свято-Троицкая Сергиева лавра, 2000. С. 33).


* Доцент архимандрит Иаунарий (Ивлев) :
Но поскольку Новый Завет понимается, как завершение и исполнение Ветхого Завета, оба Завета неотделимы друг от друга. Вместе они взаимно объясняют друг друга <...> По словам блаженного Иеронима: "не знать Писания - значит не знать Христа".
(Сборник статей "О вере и нравственности по учению Православной Церкви" М., 1991. С. 46).


* Святитель Игнатий (Брянчанинов), еп. Кавказский (30.4.1867):
Познать истину из Евангелия и святых Отцов, посредством чтения причаститься живущему в Евангелии и святых Отцах Святому Духу - великое счастье.
(Свт. Игнатий Брянчанинов "Аскетические опыты" т.I, М., 1993. С. 119).


* Тертуллиан Квинт Септимий Флорент († 240):
Итак, что Афины - Иерусалиму? что Академия - Церкви? что еретики - христианам. Наше установление - с портика Соломонова, а он и сам передавал, что "Господа должно искать в простоте сердца" (Прем. 1,1). Да запомнят это все, кто хотел сделать христианство и стоическим, и платоническим, и диалектическим. В любознательности нам нет нужды после Иисуса Христа, а в поисках истины - после Евангелия.
(О прескрипции [против] еретиков // Квинт Септимий Флорент Тертуллиан "Избранные сочинения" М., 1994. С.109).


* Священномученик Игнатий Богоносец (20.12.117):
Будем прибегать к Евангелию как к плоти Иисуса, и к апостолам, как к пресвитерству Церкви. Будем любить так же и пророков, ибо и они возвещали то, что относится к Евангелию, на Христа уповали, Его ожидали и спасались верою в Него.
("Послание к Филадельфийцам". Цит. по книге: Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб., 2001. С.64).


* Ориген (182-251):
Всё, признаваемое словом Божием, есть откровение воплотившегося Слова Божия, Которое "было в начале у Бога" (Ин.1,2) и истощило Себя. Поэтому мы за нечто человеческое признаём Слово Божие, ставшее человеком, ибо Слово в Писании всегда становится плотью и обитает с нами (Ин.1,14).
(Цит. по книге: Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб., 2001. С. 64-65).


* Священник Жак Лев:
Когда мы держим в руках Евангелие, мы должны помнить, что в нём пребывает Слово, Которое в нас хочет стать плотью… (отточие цитируемого источника - Сост.) чтобы мы прожили Его жизнь в другом месте, в другое время, среди других людей"
(Жак Лев "Великие учители молитвы" Брюссель, 1988. С.111. [Автор цитирует Мадлен Дельбрель]. Цит. по книге: А. Ерёмин "О. Александр Мень. Пастырь на рубеже веков" М., 2001. С. 111).


* Преп. Иоанн Дамаскин (4.12. ок.780)
Один - Бог, возвещаемый и Ветхим Заветом и Новым, в Троице и воспеваемый, и прославляемый, так как Господь сказал: "не приидох разорити закон, но исполнити". Ибо сам Он совершил наше спасение, ради которого открыто всё Писание и всё таинство. И опять: "испытайте Писаний" ибо "та суть свидетельствующая о Мне". И так как Апостол сказал: "многочастне и многообразне древле Бог глаголавый отцем" нашим "во пророцех, в последок дний сих глагола нам в Сыне", то, поэтому, чрез Духа Святого говорили и закон, и Пророки, Евангелисты и Апостолы, и пастыри, и учители.
Поэтому, "всяко Писание богодухновенно" несомненно и "полезно есть". Поэтому исследовать божественные Писания - дело прекраснейшее и душеполезнейшее. Ибо, подобно тому как "древо, насожденное при исходищих вод", так и душа, орошаемая божественным Писанием, утучняется и даёт благовременный плод: православную веру и украшается вечно цветущими листьями, то есть богоугодными деяниями. Ибо и к добродетельному поступку, и к чистому созерцанию мы руководствуемся со стороны святых Писаний. Ибо и в них мы находим призыв ко всякой добродетели и отклонение от всякого зла. И так, если мы будем любознательны, то будем и много знающими; ибо при помощи усердия и труда, и благодати подающего Бога всё правильно делается. Ибо, "просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется". Поэтому, да будем стучать в прекраснейший рай Писаний, благовонный, сладчайший, весьма цветущий <...> Но да будем стучать не нерадиво, а напротив того - ревностно и терпеливо; да не изнеможем, стуча! Ибо при таких условиях рай Писаний будет открыт нам. Если мы прочитаем однажды и дважды и не распознаем того, что читаем, то да не впадём в уныние, но да останемся твёрдыми, да будем непрестанно говорить, да будем вопрошать! Ибо, говорит Писание, "вопроси отца твоего, и возвестит тебе; старцы твоя, и рекут тебе. Ибо "не во всех разум". Почерпнёмте себе из райского источника неизсякаемыя и чистейшия воды, "текущая в живот вечный"! Да найдём в этом удовольствие, да возвеселимся неизмеримо! Ибо Писания владеют благодатию - неисчерпаемою.
(Прп. Иоанн Дамаскин "Точное изложение Православной веры". Глава XVII: "О Писании". М.; Ростов-на-Дону, 1992. С. 238-240).


* Свт. Феофан Затворник, епископ Вышенский (10.01. 1894):
Ведь с одним Евангелием или Новым Заветом можно целый век прожить, и всё читать. Всё его читай и до конца не дочитаешь. Сто раз прочитай, а там всё будет оставаться недочитанное.
("Из писем Святителя Феофана" М., 1991. С. 6).


* Свт. Петр, Митрополит Московский (21.12.1326):
Упражняйтесь, дети, в чтении святых книг и в учении день и ночь.
(Цит. по книге: "Учебный курс по истории проповедничества РПЦ" Загорск, машинопись, 1990. С. 40).


* Прохоров Гелиан Михайлович (р.1934), д. филол. н., проф., лауреат Государственной премии:
Преподобный Нил Сорский бесконечно цитирует переводную литературу, указывая источники, и всё время побуждает учеников читать Священное Писание. Он заверяет читателей: я сам не принимаю никакого решения, если не найду подтверждения своим мыслям в Священном Писании или святоотеческой литературе.
(Газета "Радонеж" 2004, №9. С. 11).


* Свт. Иоанн Златоуст (14.9.407):
Ибо, невозможно, невозможно спастись, не пользуясь постоянно духовным чтением, но и то ещё в самом деле хорошо, если мы, пользуясь непрестанно этим врачевством, возможем спастись когда-нибудь. <...> Так, где есть духовные книги, оттуда прогоняется всякая сила диавольская и живущим там бывает великое назидание в добродетели. Ибо и один вид книг делает нас более воздержанными на грех, а если мы и дерзнём на что-нибудь запрещённое и сделаем себя нечистыми, то, возвратившись домой и посмотревши на священные книги строго осуждаем себя в совести и бываем медлительнее на повторение грехов. С другой стороны, если мы живём в святости, то получаем оттуда ещё большую пользу. Ибо как только кто коснётся Евангелия, тотчас и ум свой приведёт в порядок и отринет житейское - и это от одного только воззрения на Евангелие. Если же присоединится и усердное чтение, то душа, как бы вводимая во внутреннее святилище, очищается и делается лучшею, так как с нею беседует Сам Бог через эти Писания. Что же, скажет кто-либо, если мы не понимаем того, что там заключается? Пусть ты и не понимаешь заключающегося там, но от самого чтения бывает великое освящение. Впрочем, невозможно, что бы ты всего одинаково не понимал….
(Цит. по книге "Святоотеческая хрестоматия" М., 2001. С. 386-387).


* Авва Евагрий († 399):
Злое заблуждение мужа истинного - не знать Писания.
("Добротолюбие" Т. 1. Нью-Йорк, 1963. С. 445).


* Архимандрит Кирилл (Павлов), духовник братии Троице-Сергиевой Лавры:
В Евангелии заключена вся истина. Всем и каждому нужно обратить внимание на Евангелие. Особенно это нужно журналистам и писателям, которые могут раскрыть евангельские образы и донести Слово Божие до души народа.
Сейчас люди читают много книг, но самое главное - читать Евангелие… Через это чтение будет укрепляться вера и добрая воля, будут просвещаться ум и сердце.
("Журнал Московской Патриархии" 2003, №3. С. 27).


* Свт. Василий Великий (1.1.379):
В богодухновенных словах нет ничего напрасно сказанного, даже и до единого слова.
(Цит. по книге: Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" Т. 1. Нижний Новгород, 1995. С. 64-65).


* Католический святой Франциск Сальский († 22.12.1622):
Многие удивлялись, что Константин Великий состоял в переписке со святым Антонием, который был простым монахом. "Не удивляйтесь, - сказал святой, - что человек пишет письма человеку. Удивляйтесь, что Превечный Бог дал смертным людям писанный закон и говорил с ними уста к устам в Лице Своего Сына.
(Сборник "Неведомая стихия" Брюссель, 1967. С. 45).


* Схиигумен Савва (Остапенко; 1898-14(27).7.1980):
Любите Евангелие, чаще читайте его, в нём всё написанное сладостно для сердца и спасительно для души. Особенно часто читайте Нагорную проповедь Спасителя (Мф. 5,1-12), 15-ю главу Евангелия Иоанна о любви и Послание апостола Павла к Римлянам (гл.13), где указано всё как нужно жить христианину.
("Завещание". Книга "Схиигумен Савва". М.: Изд. Сретенского м-ря, 2003. С. 81).


* Проф. МДА М.Д. Муретов:
Исследуйте Писания, потому что вы думаете в них жизнь вечную иметь, и они свидетельствуют о Мне" (Ин.5,39). Благо, Богочеловек и Вечная Жизнь - вот начало, середина и конец новозаветного богословия, долженствующего составить главную задачу нашего церковно-православного и научно-богословского изучения Нового Завета.
(М.Д. Муретов "Избранные труды" М., 2002. С. 18).


* Преп. Амвросий Оптинский (10.10.1891):
Советую почаще и подолгу читать Евангелие. Особенно от Иоанна. Читать так, чтобы только твои уши слышали: понимаешь - не понимаешь, читай. Благодатное слово Евангельское сильно прогонять скуку и уныние и успокоит, только читай побольше и подольше.
("Нужно жить не лицемерно. Духовные поучения преподобных Старцев Оптинских" Свято Введенская Оптина пустынь. С. 44).


* Прот. Александр Мень († 9.9.1990) писал о Библии:
Это не научный материал для интеллектуальных упражнений, и её нельзя читать, как любую другую книгу… (отточие цитируемого источника - Сост.) Писание похоже на звёздное Небо. Чем больше в него смотришь, тем больше видишь звёзд.
(Цит. по книге: А. Ерёмин "О. Александр Мень. Пастырь на рубеже веков" М., 2001. С. 108).


* Преп. Никон Оптинский, исповедник (25.6.1931):
Чтобы исполнять заповеди Христовы, надо знать их. Они изложены в Евангелии. Читайте Святое Евангелие, проникнитесь духом его, сделайте его правилом жизни своей, настольной книгой. Во всяком поступке и жизненном вопросе поступайте согласно с учением Евангелия. Это - единственный свет жизни нашей.
("Нужно жить не лицемерно. Духовные поучения преподобных Старцев Оптинских" Свято Введенская Оптина пустынь. С. 44).


* Свт. Тихон Воронежский, Задонский (13.8.1783):
Священное Писание - слово Божие. Оно говорит тебе, как говорит и всякому человеку. Оно дано тебе для получения вечного спасения: почему ищи спасения твоего в Слове Божием - Священном Писании. Оставь любопытствовать, что делается в том или другом месте; позаботься узнать при помощи слова Божия, что делается в душе твоей, к какой ты идёшь окончательной цели, к гибели или ко спасению, на каком пути ты находишься, на пути ли праведных или на пути нечестивых?
В Священном Писании изображён превысший всякого изображения Бог, чтобы мы познали Его на столько и как Он даровал нам познать Его, в Священном Писании изложена всесвятая воля Бога, чтобы мы исполняли её; в Священном Писании описан ветхий и новый человек, или погибающий и спасающийся; показаны - путь ведущий ко спасению, и путь, ведущий к погибели. В Священном Писании увидишь, что должно встретить каждого человека после его смерти, в вечности.
(Цит. по книге: святитель Игнатий Брянчанинов т.6, "Отечник", М., 1993. С. 329-330).


* Свт. Иоанн Златоуст:
По настоящему, нам не следовало бы иметь и нужды в помощи Писания, а надлежало бы вести жизнь, столь чистую, чтобы вместо книг служила нашим душам благодать Духа, и чтобы как те исписаны чернилами так и наши сердца были исписаны Духом. Но так как мы отвергли такую благодать, то воспользуемся хотя бы вторым путём.
("Из первой беседы на св. Евангелиста Матфея". Цит. По книге: "Вера и жизнь христианская по учению святых отцов и учителей Церкви" "Паломник", 1996. С. 153).


* Преп. Ефрем Сирин (28.1.379):
Итак, старайся читать божественные Писания и постоянно пребывать в молитвах. Ибо всякий раз, как посредством них беседуешь ты с Богом, освящаются у тебя тело и душа. Итак, зная это, брат мой, старайся чаще упражняться в них. Если руки не праздны, молись умом.
("Вера и жизнь христианская по учению святых отцов и учителей Церкви" "Паломник", 1996. С. 175).


* Митр. Антоний Сурожский, († 2002):
Надо читать Евангелие регулярно. Лучше всего читать его утром, когда мысли ещё не рассеялись. Но начитать читать Евангелие надо, не просто взяв книгу, сев и ожидая что ты сразу откроешься ему. Надо стать перед Богом и сказать: "Господи, я сейчас буду читать Евангелие, в котором рассказывается о жизни Господа нашего, Спасителя Иисуса Христа. Каждое Его слово - слово из вечности, это Божие слово ко мне лично. Благослови меня, помоги мне умом открыться, сердцем быть чутким; и помоги быть безстрашным. Потому что я непременно набреду на такие слова, которые будут требовать перемены моей жизни, перемены моего отношения к людям, к себе самому и мне будет страшно этой перемены. Помоги мне стать мужественным, дерзновенным, но и мудрым….
(Митрополит Антоний Сурожский "Начало Евангелия Иисуса Христа Сына Божия" Клин, 2005, 11).


* Преп. Нил Синайский (12.11. около 450г.):
Тело укрепляет вино, а душу Слово Божие.
("Добротолюбие" Т. 2, М., 1998. С. 296).


* "Сказал старец: Бог требует от христиан, чтобы каждый из них повиновался Священному Писанию, из Писания почерпал образы (форму) для слов и дел своих и единомудрствовал с православными пастырями и Отцами.
(Цит. по книге: Творения святителя Игнатия Брянчанинова. Т. 6: "Отечник", М., 1993. С. 366).


* Игумен Никон (Воробьёв, † 7.9.1963):
Читай не умом только, а душой Евангелие, оно тебя всему научит. Научись читать не глазами только или даже умом, этого недостаточно, а научись читать сердцем и душой. Хоть раз испытай это, чтобы понять о чём я пишу. Проси Господа.
(Игумен Никон (Воробьёв) "Нам оставлено покаяние. Письма" М., 1997. С. 400).


* Свт. Иоанн Златоуст:
Великое благо, возлюбленные, чтение божественного Писания. Оно умудряет душу, оно переносит ум на небо, оно располагает человека к благодарности пред Богом, оно не допускает его пристраститься к чему-либо настоящему, оно заставляет ум наш постоянно обитать на небесах, побуждает нас делать всё в надежде на воздаяние Владыки и стремиться с величайшей ревностью к подвигам добродетели. Здесь-то (в Писании) можно хорошо узнать, как скор на помощь нам промысл Божий, узнать мужество праведников, благость Владыки и обилие воздаяний. Им-то можно возбудить себя к соревнованию и подражанию любомудрию доблестных мужей и не дать себе ослабеть в подвигах добродетели, но твёрдо полагаться на обетования Божия и прежде их исполнения. Поэтому, прошу, будем заниматься чтением божественного Писания с наибольшим тщанием.
("Вера и жизнь христианская по учению святых отцов и учителей Церкви" "Паломник", 1996. С. 180).


* Преп. Никон Оптинский в ответ на сокрушение духовной дочери:
Читаю я невнимательно, и многое самое важное пропускаю" сказал: "Надо медленно читать, хоть только несколько строк в день.
(Иеромонах Никон (Беляев) "Дневник последнего духовника Оптиной пустыни" СПб, 1994. С. 265).


* Николай Ефграфович Пестов (1892-1982):
Когда христианин читает Священное Писание, он общается с Богом, имеет возможность проникаться Им, может заключать Его не только в свой разум, но и в сердце. И чем больше времени он отдаёт чтению Священного Писания, чем глубже вдумывается в Его вечные истины и озаряется непостижимой красотой Иисуса Христа, тем ближе он подходит к Богу и тем более Бог объемлет христианина.
Это доступный путь, и кто не хочет его использовать для соего глубокого единения с Богом, пусть винит только самого себя. Такой человек не будет иметь оправдания на Страшном Суде, ибо Господь сказал: "Слово, которое Я говорил, оно будет судить его в последний день" (Ин.12,48).
(Н.Е. Пестов "современная практика православного благочестия" Т. 1, М., 2004. С. 35).


* Свт. Игнатий Брянчанинов:
Ныне многие ежедневно читают Евангелие, и вместе с тем никогда не читали его, вовсе не знают его.
Евангелие, сказал некоторый преподобный пустынножитель, умом чистым читается; понимается по мере исполнения заповедей его самым делом.
Не довольствуйся одним безплодным чтением Евангелия; старайся исполнять его заповедания, читай его делами. Это - книга жизни, и надо читать её жизнью.
Раскрывая для чтения книгу - Святое Евангелие, вспомни, что она решит твою вечную участь… Не играй своею участью вечною!.
("О чтении Евангелия" // Свт. Игнатий Брянчанинов "Аскетические опыты" т.I, М., 1993. С. 106,109,).


* Преп. Марк Подвижник:
Смиренномудрый и упражняющийся в духовном делании, читая Божественное Писание, будет всё относить к себе, а не к другим… Читая Божественное Писание, старайся уразуметь сокровенное в нём, ибо всё "что писано было прежде, написано нам в наставление" (Рим. 15,4)… Слова Божественного Писания читай делами, и не многословь, тщеславясь одним буквальным пониманием.
(Цит. по книге: Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб., 2001. С. 69).


* Игумен, ныне епископ Венский и Австрийский, Илларион (Алфеев) пишет:
В своих сочинениях Святые Отцы-монахи всегда настаивают на том, что всё сказанное в Писании, необходимо применить к собственной жизни: тогда станет понятным и скрытый смысл Писания. Такой практический подход к Писанию особенно характерен для "Изречений пустынных отцов": "Исполняй то, что написано", - говорит авва Геронтий; в этой простой формуле обобщён весь опыт толкования и понимания Писания в раннем монашестве. Знаменательно так же высказывание Антония: "куда бы ты ни шёл, всегда имей перед глазами Господа; чтобы ты ни делал, имей на это свидетельство Священного Писания". Таким образом, Писание должно было присутствовать в жизни монаха так же неизменно, как и Сам Господь: каждый отдельный поступок следовало сверять с Евангельским свидетельством.
(Цит. по книге: Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб., 2001. С. 68-69).


* Преп. Макарий Великий (19.1.390-391) "Беседа 39. Для чего дано нам Богом Божественное Писание?": "Как царь, написав послания к тем, кому хочет дать грамоты и дары свои, дает всем знать: "старайтесь скорее прийти ко мне и получить от меня царские дары"; и если не придут и не получат, то не принесёт им пользы чтение посланий, скорее же, сделаются повинными смерти за то, что не захотели прийти, и из царских рук сподобиться чести: так и Божественные Писания Царь-Бог как послания предложил людям, объявляя ими, что бы взывавшие к Богу и уверовавшие просили и получали небесный дар от ипостаси Божества Его. Ибо написано: да будем божественнаго причастницы естества (2 Петр. 1, 4). Если же человек не приходит, не просит, не приемлет: то не будет ему пользы от чтения Писаний; а напротив, соделается повинным смерти за то, что не восхотел от небесного Царя приять дар жизни, без которого невозможно улучить бессмертную жизнь, то есть Христа. Ему слава во веки! Аминь.
(Преп. Макарий Египетский "Духовные беседы" Киев, 2001. С. 263-264).


* Игумен Илларион (Алфеев) :
Монашеская традиция знает совершенно особый способ использования Писания - так называемую -греч.- ("медитацию"), предполагающую постоянное повторение в слух или шёпотом отдельных стихов или отрывков из Библии. (В общежительных монастырях Пахомия Великого это было обязательно для каждого монаха.
(Цит. по книге: Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб., 2001. С. 68).


* Преп. Никон Оптинский, исповедник (25.6.1931):
Чтение - одно из самых необходимых деланий. Без чтения или слушания чтения нельзя узнать истину. Говоря о чтении, разумею исключительно чтение Священного Писания и писаний отеческих и церковных. Но чтение только тогда будет иметь пользу, когда читаемое будет по мере сил и возможностей входить в жизнь, становясь правилом жизни. <...> надо читать со вниманием и стараться жить по духу того что читаешь. Конечно, сразу стать исполнителем всего что написано мы не можем - нужна постепенность. Вначале понуждение себя и смиренное сознание своей немощи, тогда знание получаемое от чтения будет приносить желаемую пользу.
("Преподобные Оптинские старцы. Жития и наставления" с.453).


* Св. прав. Алексий Московский (Мечев; † 9.6.1923):
К чтению Евангелия надо подходить с молитвенным настроением.
("Пастырь добрый. Жизнь и труды московского старца протоиерея Алексия Мечева" М., 2000. С. 16).


* Преп. Иоанн Кассиан Римлянин (29.2.435):
Монах, желающий понимать Священное Писание, должен заниматься не столько чтением толкователей, сколько очищением сердца от плотских пороков. Если сии пороки будут истреблены, то по снятии покрывала страстей душевные очи будут созерцать тайны Священного Писания… Темно же оно (Священное Писание) оттого, что душевные наши очи закрыты покровом пороков.
(Цит. по книге: "Настольная книга для монашествующих и мирян" Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 1998. С. 232).


* Преп. Ефрем Сирин:
Если кто не трудолюбив в извлечении пользы из Писаний и в чтении их, и не читает их с любовью, то он - безплодное дерево; а кто прилежно испытывает Писание, тот приносит сугубый плод "яко древо насажденное при исходищих вод" (Пс.1,3).
(Святой Ефрем Сирин "Творения" т.1, М., 1993. С. 210).


* Преп. Ефрем Сирин:
Начало доброго жития - слёзы во время молитвы; а начало правильного образа мыслей - слушание божественных Писаний.
(Святой Ефрем Сирин "Творения" т.1, М., 1993. С. 87).


* Свт. Иоанн Златоуст:
Кто слушает или читает Слово Божие и любит беседы о духовных предметах, тот доставляет душе великия и спасительная блага. Заботою о сем можем мы угодить Богу.
(Цит. по книге: "Святые Отцы о молитве и трезвение" М., 1992, 112-113)


* Св. прав. Иоанн Кронштадтский:
Священное Писание, как и богослужение нашей Православной Церкви, есть глубина неудобозримая, неизсследимая. Надо постоянно размышлять о них, вдумываться, чтобы совершенно проникнуться тем и другим, чтобы то и другое совершенно воздействовало на всю жизнь нашу.
(Цит. по книге: Архиепископ Вениамин (Федченков) "Небо на земле" М., 2003. С. 104).


* Прот. Валентин Амфитеатров (20.7.1908):
Однако же приготовление к празднику не должно оставлять нас в праздности. Каждому из нас необходимо прочесть или прослушать внимательно историю Евангельскую о Рождестве Спасителя.
Не говорите, что вы её знаете и можете рассказать дословно, наизусть. Наизусть мы её расскажем, но редкий из нас её знает. Евангелие есть та чудная, боговдохновенная книга, которая вечным и новым светом и новым смыслом человеческую душу. Через эту книгу беседует с нами Спаситель, и Он же открывает её толкование. Но при чтении Евангелия о Рождестве Иисуса Христа открывается вся великость любви и неизреченной благости Божией к человеку. Зачем родился Спаситель? Зачем Он пришёл в мир? Затем, чтобы спасти и помиловать грешный мир, дать грешнику оправдание, поднять падшего, поддержать падающего; указать и пояснить цель человеческого бытия на земле, успокоить тревожную думу человека, которая так часто, как густая туча, облегает душу: зачем я родился? К чему живу? Зачем умру? Тому, кто по - размыслит о явлении в мир Господа нашего Иисуса Христа, будет легче ладить с упорными мыслями, легче будет нести бремя, лежащее на каждом из нас, таким образом, для многих из нас, действительно день Рождества Христова будет днём обновления и перемен к лучшему нашего ропотливого духа. Многими из нас будет услышано и понято ангельское славословие "Слава в вышних Богу, даровавшему мир странникам земли.
("Слово в неделю 30-ю по Пятидесятнице" // Прот. Валентин Амфитеатров "Воскресные Евангелия" М., 1998. С. 160).


* Преп. Макарий Оптинский (7.9.1860):
Разумение Священного Писания даётся по мере чистоты сердца нашего и смирения; это глубина неудобозримая и безконечная.
("Нужно жить не лицемерно. Духовные поучения преподобных Старцев Оптинских" Свято Введенская Оптина пустынь. С. 190).


* Преп. Макарий Оптинский:
Прошу вас, Бога ради, читайте слово Божие и отеческие наставления почаще, обрящете пользу, найдёте там, что один путь спокойствию - терпение и смирение.
("Нужно жить не лицемерно. Духовные поучения преподобных Старцев Оптинских" Свято Введенская Оптина пустынь. С. 190).


* Преп. Амвросий Оптинский:
Только хоть прочитай книгу. Если и не запомнишь ничегов то время (т.е. во время чтения) получишь пользу.
("Нужно жить не лицемерно. Духовные поучения преподобных Старцев Оптинских" Свято Введенская Оптина пустынь. С. 190).


* О глубине воздействия Библии на читающего пишет д.и.н., проф. кафедры философии МГИМО, зав. кафедрой истории и религии Российского православного университета во имя апостола Иоанна Богослова:
До 34-х лет император Александр не имел никаких глубоких религиозных представлений. В 1812 г. он со стыдом признался Голицыну, что никогда не открывал Священное Писание, не имея на то времени, но только слушал его за богослужением в церкви.
… Летом того же 1812 г., поражённый троекратным знамением ему девяностого псалма, по совету Голицына Александр впервые берётся читать Новый Завет по пути на встречу с Бернадотом в Финляндии. Священное Писание восхищает его, в душе императора совершается переворот. Он уверовал в Бога и во Христа. Теперь до конца жизни Александр Павлович старается ежедневно читать Евангелие, Апостол и книги Ветхого Завета. Такое чтение, усердное и постоянное, вошло в плоть и кровь и стало любимым препровождением времени в свободные минуты императора Александра.
(Газета "Православная Москва" 2005, №16(346). С. 6).


* Преп. Амвросий Оптинский:
Книги читать по утру с четверть часа до работы, а потом целый день жуй, что читала, как овца жвачку.
("Нужно жить не лицемерно. Духовные поучения преподобных Старцев Оптинских" Свято Введенская Оптина пустынь. С. 189).


* Свт. Афанасий Великий (2.5.373):
Слышал я от мужей мудрых, что в древности у израильтян чтением только Писания изгоняли демонов и обличали козни, чинимые ими людям. А потому достойны всякого осуждения те, которые, оставив это и сами сочинив себе отвне заимствованные красивые речи, за это самое именуют себя заклинателями.
(Цит. по книге: Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" т.I, Нижний Новгород, 1995. С. 71-72).


* В семинарском учебнике сказано:
Большое влияние на жизнь (Московской Духовной - Сост.) Академии в течение полувека оказывал митрополит Московский Филарет (Дроздов). С 1819 по 1824 г. (Московскую Духовную - Сост.) Академию возглавлял архимандрит Кирилл (Богословский-Платонов). Он первым в Москве стал преподавать богословские дисциплины по-русски. Лекции он читал в строго православном, аскетическом духе. Архимандрит Кирилл был близок к ученикам старца Паисия (Величковского). Он говорил: "Свойство евангельского учения состоит в утешении сердец, поражённых скорбью и ужасом правосудия небесного, при воззрении в глубину духовного своего состояния. Но как может тот постигнуть и другим изъяснить силу и утешение Евангельского учения, кто не испытал в себе крестной любви, чьё сердце не проникнуто печалию по Боге, ведущей ко спасению.
(Свящ. В. Цыпин "Учебное пособие по "Истории Русской Церкви (Синодальный период) для 4 класса Семинарии" Загорск, 1988, машинопись. С. 213).


* Преп. Серафим Саровский (2.1.1833):
Душу снабдевать надобно словом Божиим, ибо слово Божие, как говорит Григорий Богослов, есть хлеб Ангельский, имже питаются души, Бога алчущие. Всего же более должно упражняться в чтении Нового Завета и Псалтири; Евангелие и Послания Апостолов должно читать стоя перед св. иконами, а псалмы можно читать сидя. От чтения Св. Писания бывает просвещение в разуме, который изменяется изменением божественным.
Надобно так обучать себя, чтобы ум как бы плавал в Законе Господнем, по руководству которого должно устроять и жизнь свою.
Очень полезно заниматься чтением Слова Божия в уединение и прочитать всю Библию разумно. За одно такое упражнение, кроме других добрых дел, Господь не оставит человека Своею милостию, но исполнит его дара разумения.
<...> Чтение Слова Божия должно быть производимо в уединении для того, чтобы весь ум читающего углублён был в истины Священного Писания, и принимал от Бога в себя теплоту, которая в уединении производит слёзы; от сих человек согревается весь и исполняется духовных дарований, услаждающих ум и сердце паче всякого слова….
("Наставления отца нашего преподобного Серафима Саровского чудотворца" М., 1990. С. 4).


* Преп. Варсонофий Оптинский (1.4.1913):
В Евангелии скрыт глубокий смысл, который постепенно проясняется для человека, внимательно читающего Писание. И по этой неисчерпаемой глубине содержания узнаём мы о Божественном происхождении Книги, потому что всегда можно отличить дело рук человеческих от творения Божия.
Видели ли вы искусственные цветы прекрасной французской работы? Сделаны они так хорошо, что, пожалуй, не уступят по красоте живому растению. Но это - пока рассматриваем оба цветка невооружённым глазом. Возьмём увеличительное стекло и что же видим? Вместо одного цветка - нагромождение ниток, грубых и некрасивых узлов; вместо другого - пречудное по красоте и изяществу создание. И чем мощнее увеличение, тем яснее проступает разница между прекрасным творением рук Божиих и жалким ему подражанием.
Чем больше вчитываемся мы в Евангелие, тем явственнее разница между ним и лучшими произведениями величайших человеческих умов. Как бы не было прекрасно и глубоко любое знаменитое сочинение - научное или художественное, но всякое из них можно понять до конца. Глубоко то оно глубоко, но в нём есть дно. В Евангелии дна нет. Чем больше всматриваешься в него, тем шире раскрывается его смысл, неисчерпаемый ни для какого гениального ума.
(Преп. Варсонофий Оптинский "Духовное наследие" Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1999. С. 86-87).


* Свт. Иоанн Златоуст:
Ибо что пища для тела, то для души научение божественными словесами. "Не о хлебе едином жив бывает человек, но о всяком глаголе исходящем из уст Божиих" (Втор. 8,3).
(Цит. по книге: "Святые Отцы о молитве и трезвение" М., 1992. С. 43).


* Преп. Иоанн Лествичник (30.3.649):
Чтение Св. Писаний не мало может просвещать и собирать ум; ибо оне суть глаголы Духа Святаго, и всячески вразумляют читающих.
("Преподобного отца нашего Иоанна игумена Синайской горы Лествица" Jordanville, N.Y., 1963. С. 231).


* Преп. Парфений Киевский:
Чтение псалтири укрощает страсти, а чтение Евангелия попаляет терние грехов наших: ибо Слово Божие огнь поядаяй есть. Однажды в продолжение сорока дней читал я Евангелие о спасении одной благотворившей мне души, и вот вижу во сне поле, покрытое тернием. Внезапу спадает огнь с небесе, попаляет терние, покрывавшее поле, и поле остаётся чисто. Недоумевая о сем видении, я слышу глас: терние, покрывавшее поле - грехи благотворившей тебе души; огнь, попаливший его, - Слово Божие, тобою за неё чтомое.
("Сказания о жизни и подвигах старца Киево-Печерской лавры иеросхимонаха Парфения" Киев, 1898. Цит. по книги: "Избранные слова из свято-отеческих творений о благочестивой христианской жизни" Джорданвилле, 1978. С. 121).


* В жизнеописании свт. Афанасия (Сахарова) говорится:
В январе 1932г. преосвященный Афанасий был арестован и помещён в туруханскую каталажку. Через две недели его освободили без права выезда из Туруханска, но вскоре снова арестовали. Узнав о тяжёлом положении епископа Афанасия митрополит Кирилл (Смирнов - Сост.) начал читать за него святое Евангелие (по примеру киевского подвижника прп. Парфения и с особой молитвой) - и неожиданно через полторы недели владыка Афанасий был освобождён и направлен в станок Селиваниху, где жил митрополит Кирилл, так что Евангелие от Иоанна святители дочитывали вместе.
(Свт. Афанасий (Сахаров), исповедник и песнописец" Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2003. С. 120).


* Преп. Исидор Пелусиот (2.4.436-440):
Как богодухновенное и божественное, Священное Писание имеет своей целью утвердить человека в добродетели и дать ему спасение. Священное Писание есть путь ко спасению и всё написанное в нём, написано для нашего исправления. Учение, которое Иисус Христос передал людям и которое Апостолы словом и письменами сообщили многим, есть лествица, возводящая нас к Богу. Священное Писание есть духовное зеркало, которое не только показывает нам нравственное безобразие, но если мы пожелаем изменяет его в красоту.
("У истоков культуры святости. Памятники древнецерковной и монашеской письменности" М., 2002. С. 477).


* Преп. авва Дорофей (5.6.620):
При бесчувствии души, брат, полезно частое чтение Божественного Писания и умилительных слов Богоносных отцов….
(Авва Дорофей "Поучения. Послания. Вопросы и ответы" М.,1991. С. 218).


* Преподобный Исаак Сирин (28.1.VI в.):
Для отвращения предзанятых душою расположении к непотребству и для устранения восстающих в плоти тревожных воспоминаний, производящих мятежный пламень, ничего не бывает так достаточно, как погружения себя в любовь к изучению божественного Писания, и постижения глубины его мыслей. Когда помыслы погружаются в услаждение постижением сокровенной в словесах премудрости; тогда человек, в какой мере извлекает из них уяснения, в такой же оставляет позади себя мир, забывает всё, что в мире <...> Самая душа пребывает в восторге при новых представлениях, встречающейся ей в море таин Писания.
("Творения иже во святых отца нашего аввы Исаака Сириянина, подвижника и отшельника" Сергиев Посад, 1911. С. 5).


* Преп. Иоанн Дамаскин:
Как знающий всё и заботящейся о полезном для каждого, Он открыл всё, что узнать нам было полезно; а что именно превышало наши силы и разумение, о том умолчал. Да удовольствуемся этим и да пребудем в нём, "не прелагая предел вечных" и не преступая божественного предания. <...> Итак, невозможно сказать что-либо о Боге, или вообще подумать что-либо вопреки тому, что по божескому определению объявлено нам, или сказано и открыто божественными изречениями и Ветхого и Нового Завета.
(Творение иже во святых отца нашего Иоанна Дамаскина "Точное изложение Православной веры" М.- Ростов-на-Дону, 1992. С. 2,4)./


* Свт. Григорий Богослов (25.1.389):
Писание есть книги, которые Дух начертал языком святых мужей <...>
Полагаю, что заключающееся в Писании не без цели написано, и ни одна куча слов и предметов, собранная для развлечения слушающих, не какая-нибудь приманка для слуха, служащая только к забаве. Такава цель баснословий и тех эллинов, которые, не сколько не заботясь об истине, очаровывают слух и сердце изяществом вымыслов и роскошью выражений. Но мы, тщательно извлекающие духовный смысл из каждой черты и буквы, не мало не согласны думать (сие было бы и несправедливо), чтобы и самые малозначительные деяния без какой-либо цели были и писателями подробно описаны, и до сего времени сохранены на память. Напротив того, цель их - служить памятниками и уроками, как судить в подобных, если встретятся обстоятельствах, чтобы мы следуя сим примерам как некоторым правилам и предначертанным образцам, могли одного избегать, а другое выбирать.
(Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" т.1, Нижний Новгород, 1995. С. 65).


* Авва Евагрий:
"Чтением занимайся со спокойным духом, чтобы ум твой непрестанно восхищаем был к созерцанию дивных дел Божиих, взимаемый как бы рукою чьею, к нему простираемою.
("Добротолюбие" т.1, 1963, Нью-Йорк. С. 449).


* Блаженный Августин, епископ Гиппонский (13.11.354-28.8.430):
Должно думать и верить всегда, что всё заключающееся в Писании, хотя иногда тёмное для нас лучше и вернее всех наших мудрований"
("Христианская наука" Кн. 2, гл. IX. Цит. по книге: Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" Т. 1, Нижний Новгород, 1995. С. 113).


* Приведя эту цитату, епископ Варнава: пишет:
Противоречия Библии - мнимые противоречия. Св. Дух, глаголавший в пророках (ср. Евр.1,1) не может ошибаться. Если бы и нашлись явные ошибки, то их надо относить к людям (переписчикам, толкователям). Противоречия находятся не в Писаниях, а в наших развращённых душах и растленных грехом умах.
(Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" Т. 1, Нижний Новгород, 1995. С. 113).


* Св. муч. Иустин Философ (1.6.166):
Я никогда не осмелюсь подумать или сказать, что Писания противоречат между собою. Если же встретится место Писания кажущееся таким, то вполне убеждённый, что никакое место Писания не противоречит другому, я скорее признаю, что сам не понимаю смысла его, постараюсь убедить думать то же самое и тех, которые допускают возможность противоречия в Писании.
("Святоотеческая хрестоматия" М., 2001. С. 72).


* Преп. Варсонофий Оптинский:
Ибо преп. Дамаскин говорит, что смысл св. Писания раскрывается разным людям в различной степени, при том одному открывается в данном тексте одно, другому - другое, третьему - третье, ибо глубину и смысл Св. Писания знает всецело один Бог, Который и открывает своим избранным по мере надобности. Этим самым преп. Петр и объясняет кажущиеся разногласия в писаниях св. отцов, ибо они, действительно, только кажущиеся, так как все св. отцы стремились к одной цели и достигали её.
(Цит. по книге: Иеромонах Никон (Беляев) "Дневник последнего духовника Оптиной пустыни" СПб, 1994. С. 69).


* Свт. Иоанн Златоуст:
Послушайте, прошу вас, все привязанные к сей жизни, приобретайте (священные) книги - врачевство души. Если не хотите ничего другого, приобретайте, по крайней мере, Новый Завет, Деяния апостолов, Евангелие - постоянных наших наставников. Постигнет ли тебя скорбь - приникай к ним, как к сосуду, наполненному целебным веществом. Случается ли утрата, смерть, потеря ближних - оттуда черпай утешение в своём несчастии. Или лучше, не только приникай к ним, но принимай их внутрь, и храни в своём уме. От незнания Писания - всякое зло. Мы выходим на войну без оружия, и как - нам спастись? Легко спасаться с Писаниями, а без них невозможно.
(Цит. по книге "Святоотеческая хрестоматия" М., 2001. С. 400).


* Свт. Епифаний Кипрский (12.5.403):
Один взор на священные книги возбуждает к благочестивой жизни.
(Цит. по книге: Свт. Игнатий Брянчанинов "Аскетические опыты" Т. 1, М., 1993. С. 112).


* Преп. Силуан Афонский:
Не может душа иметь мира, если она не будет поучаться в законе Божием день и ночь, ибо закон сей написан Духом Божием, а Дух Божий от Писания переходит в душу, и душа чувствует в этом услаждение и приятность и уже не может любить земное, потому что любовь к земному опустошает душу и тогда она бывает унылая и дичает….
(Цит. по книге: Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2, М., 2004. С. 62).


* Преп. Варсонофий Оптинский 27.12.1909 г. сказал:
Когда я был в гимназии, в моём классе были два товарища, отчаянные шалуны. В общем, они были добрые малые и их шалости никогда не были скверными. Незаметными стали их прежние выходки, когда всё свободное от занятий время они посвятили чтению. Спросишь, бывало, "Что ты читаешь?" И получишь ответ: Пушкина, Никитина и других наших великих писателей. Под влиянием чтения даже лица у них изменились, сделались более серьёзными, осмысленными.
Если чтение великих писателей так облагораживает душу, не более ли облагородит и освятит её чтение слова Божия и святых отцов? Проникновение в Священное Писание вводит человека в глубину богопознания и дарует ему такое блаженство, с которым не может сравниться никакая земная радость. Внешний мир с его красотами благотворно действует на человека, и душа, способная наслаждаться красотой мира, есть душа возвышенная, но человек, достигший совершенства, созерцает в душе своей такую красоту, перед которой видимый мир ничего не стоит. Господь сказал про душу человека, любящего Бога: "К нему придём и обитель у него сотворим". Непостижимо: как это в маленьком сердце помещается Сам Господь, а где Господь, там и рай, там и Царствие Божие. "Царствие Божие внутрь вас есть" (Лк.17,21).
(Прп. Варсонофий Оптинский "Духовное наследие" Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1999. С. 115-116).


* Прот. Александр Шаргунов, преподаватель МДС:
Преп. Серафим Саровский говорит, что Писание нужно читать стоя на коленях и со слезами. А святитель Филарет Московский говорит, что лучше сидя думать о Боге, чем стоя - о ногах. Святитель Иннокентий Московский говорит, что духовной пищи нужно принимать столько сколько мы можем усвоить. И все святые отцы говорят, что Писание необходимо читать ежедневно. Святой Иоанн Златоуст говорит: "Послушайте те из вас, кто живёт в миру (не священник и не монах, но обременён женою и детьми). Вам апостол Павел особенно советует читать Писание: "Слово Христово да вселится в вас обильно, со всякой премудростью (Кол.3,16)". Святитель Амвросий Медиоланский говорит: "Как в раю Бог ходит в Священном Писании, ища человека. Открывай Священное Писание каждый день и Бог найдёт тебя. Он ходит там и ищет тебя, чтобы дать тебе утешение и надежду".
<...> Нет большего утешения, чем то, которое даёт Сам Бог. Однако мы должны помнить, что слово Христово - всегда крестное слово. И принимать его - всё равно, что причащаться Святых Христовых Таин, которые могут быть нам либо во оправдание и освящение, либо в суд и осуждение.
(Журнал "Русский дом" 2003, №4. С. 55).


* Священномученик Петр Дамаскин († ХII):
Христос сокровен в Евангелии. Хотящий найти Его должен продать всё имение своё, и купить Евангелие, чтобы не только найти Христа чтением, но чтобы принять Его в себя подражанием пребыванию Его в мире. Ищущий Христа говорит святой Максим, должен Его искать не вне, но внутри себя, то есть, телом и душою быть, как Христос, безгрешным по возможности человеческой.
(Цит. по книге: Свт. Игнатий Брянчанинов "Аскетические опыты" Т. 1, М., 1993. С. 102).


* Свт. Иоанн Златоуст:
Если диавол не дерзает проникнуть в тот дом, где есть Евангелие, то тем более души, усвоившей себе мысли Писания, не коснётся и не нападёт на них ни бес, ни грех. Итак, освяти твою душу, освяти и тело, имея всегда Священное Писание и на устах, и в сердце. Ибо, если срамословие оскверняет нас и вызывает бесов, то очевидно, что духовное чтение освящает и привлекает благодать Духа. Писания суть Божественные песнопения. Станем же воспевать их в себе и из них приготовим врачевство против недугов душевных.
(Цит. по книге "Святоотеческая хрестоматия" М., 2001. С. 398-399).


* Архиепископ Иоанн, Сан-Францисский (Шаховской, † 1989): "Вникание в Евангелие и проверка себя и своей совести его светом и молитва просвещают малый человеческий разум и открывают в человеке Высший Разум, который обычно бывает в человеке закрыт, засыпан мелким практическим рассудком. Истина Христова освобождает человека от зла и неведения, очищает и воспитывает внутреннюю глубину в человеке, его сердце, дух.
(Цит. по книге: Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2, М., 2004. С. 57).


* Преп. Исаак Сирин:
Весьма возвышен и велик, насколько вообще можно говорить об этом, труд чтения. Ибо оно есть дверь, через которую входит ум в божественные тайны и приобретает силу для достижения просветлённости в молитве. И омывается он радостью, блуждая по деяниям домостроительства Божия, т.е. того что Бог совершил по отношению к людям <...> От этих деяний просветляется и усиливается молитва, взяты ли они из духовных писаний, или из произведений великих учителей Церкви, посвящённых домостроительству или научающих тайнам подвижничества… Ибо без чтений не возможно уму приблизиться к Богу; оно охватывает мышление и каждый миг направляет его к Богу, оно омывает его от помышлений этого материального мира и заставляет его постоянно пребывать превыше плоти. Нет другого труда, благодаря которому человек больше преуспевает, если только он читает Писание ради истины
(Иером. Иларион (Алфеев) "Мир Исаака Сирина" М., 1998. С. 182-183).


* Иеромонах Иларион (Алфеев) пишет:
Нужно помнить, что в христианской древности, в особенности в монашеской практике, чтение совершалось в слух, даже если человек находился наедине: читать про себя было не принято. Писание читали не спеша, останавливаясь на каждой фразе и вдумываясь в её смысл. Эта культура чтения вышла из обихода современного человека, привыкшего к необходимости проглатывать огромное количество малозначащих слов и просматривать глазами десятки и сотни страниц. Очевидно, однако, что "молитвенное" чтение, т.е. такое, при котором каждое слово прочитывается с максимальным вниманием и напряжением ума, остаётся идеалом для тех, кто хочет проникнуть в духовное значение Священного Писания"
(Иером. Иларион (Алфеев) "Мир Исаака Сирина" М., 1998. С. 190).


* Св. прав. Иоанн Кронштадтский:
Слова Евангелия и Апостольских посланий, как "дух и живот" (Ср.: Ин. 6,63), должно читать с жизнью и сочувствием, чтоб вся душа читающих была в них. То же сказать надо и о псалмах и о других священных чтениях. То же и о всех службах и таинствах.
(Св. прав. Иоанн Кронштадтский "Творения. Дневник. Т. 2: 1859-1860, М., 2003. С. 129).


* Н.Е. Пестов:
Святое Евангелие содержит ответы на все вопросы, которые могут встретиться в жизни христианской души. И эти ответы идут от Самого Бога - Начальника и Законодателя всей жизни. Поэтому Святое Евангелие - наш путеводитель и советник, и вместе с тем - друг и утешитель.
Не надо думать, что, познав до некоторой степени евангельскую истину, можно успокоиться, считая её прочно себе усвоенной, и более не читать Святое Евангелие.
Во-первых, память сохраняет у нас в уме лишь то, что мы постоянно повторяем и чем всегда интересуемся. Во-вторых, истина неисчерпаема так же как неисчерпаемо познание Бога. Как пишет преп. Исаак Сириянин:
Пути премудрости нет конца, она шествует выше и выше пока не соединит последователя своего с Богом. То и составляет её признак, что постижение её безпредельно, потому что Премудрость есть Сам Бог.
(Цит. по книге: Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2, М., 2004. С. 61-62).


IV



* Свт. Феофан Затворник:
Помните, я вам писал, вдумываться в дневные чтения, стараясь доводить встречающиеся мысли до чувства. Это занятие безконечное. Ибо, как ни вдумываться, до конца Божеских помышлений не доберёшься….
("Из писем Святителя Феофана" М., 1991. С. 6).


* Прот. Иоанн Журавский (1867-31.3.1964):
Евангелие - внутренняя, Божественная Тайна и воспринимается эта Тайна, внутренним живым чувством сердца. Это живое, внутреннее чувство и есть благодатная опытная вера. Без этого благодатного опытного восприятия Евангелие - в лучшем случае - Божественная "притча", новая христианская мораль, и то лишь до Гефсимании. Такое восприятие внешнего Евангелия бывает не прочно: до первого испытания кричат Ему: "Осанна", а когда бывает потрясение внешней веры, внешнего поклонения, тогда кричат: "распни, распни Его!" или уходят в тёмную ночь.
Только внутреннее, сердечное восприятие раскрывает Тайны Евангелия и привлекает сердце к нему неотторжимо.
"В меру жития бывает восприятие истины" - сказал великий наставник умного монашества - св. Исаак Сирский.
В меру внутреннего очищения раскрывается Евангелие. Сердце очищается внутренним подвигом покаяния. Очищенным сердцем воспринимается Евангелие. Потому Господь и сказал Своё первое слово грешному и неверному миру:
"Покайтесь и веруйте в Евангелие".
Первая заповедь Нового Завета - Покаяние. Без покаяния Евангелие, благодатная жизнь - недостижимы.
(Прот. Иоанн Журавский "Тайна Царствия Божия или забытый путь истинного Богопознания (о внутреннем христианстве)" СПб, 1995. С. 12-13).


* Преп. Никодим Святогорец (1.7.1809):
Когда читаешь Божественное Писание, то не имей ввиду, чтобы только прочитывать лист за листом, но с размышлением вникай в каждое слово.
И когда какие слова заставляют углубляться в себя, или произведут движение сокрушения, или радостью духовною и любовью исполнят сердце твоё, остановись на них. Это Бог приближается к тебе; смиренно прими Его отверстым сердцем, так как Он хочет, да приобщишься Его.
(Цит. по книге: Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2, М., 2004. С. 61).


* Св. прав. Иоанн Кронштадтский:
При чтении какого-нибудь места из Священного Писания нужно принимать искреннее, живое участие в том лице, о котором идёт речь или которое представляется говорящим, нужно быть на время как бы одно с ним, как бы одна душа, тогда чтение достигнет своей цели. Но оно не достигнет своей цели, когда читаемое место будет как бы чуждым для души читающего, когда он верою не примет участия в лице, о коем идёт речь, когда он не станет в его положение, или лучше - во все его положения.
(Св. прав. Иоанн Кронштадтский "Творения. Дневник. т.1, 1856-1858 Книга вторая" М., 2002. С. 221).


* Свящ. Иоанн Брек, проф. Свято-Сергиевского Богословского института (Париж):
Чтение Священного Писания по учению святых отцов": "На основании текста от Иоанна 14-16 и традиции святых Отцов именно Святой Дух соблюдает в глубине церковной жизни подлинность и авторитет Священного Предания, которое обрамляет свидетельство Священного Писания. Священное Предание, как говорил отец Сергий Булгаков и другие, должно быть понято как "живая память Церкви". Эта память помимо Священного Писания, литургии и таинств Церкви возобновляет внутри церковной общины дело спасения, осуществлённое Иисусом Христом. С одной стороны, эта живая память возводит нас через письменное свидетельство к событиям жизни Иисуса, Его смерти и воскресения. По выражению датского богослова Серена Киркегора, мы становимся таким образом современниками Христа. С другой стороны, через совершение литургии и таинств эта память делает в опыте Церкви прошедшие события настоящими. Распятие Христа становится для нас сегодня настоящим так же, как Его воскресение, прославление и послание Святого Духа в день Пятидесятницы. Именно поэтому Церковь может воскликнуть в великий праздник Пасхи: сегодня мы умерли со Христом и воскресли вместе с Ним, чтобы уже здесь и сейчас стать участниками Его будущего Царства:
Вчера спогребохся Тебе, Христе,
Совостаю днесь воскресшу Тебе, сраспинахся Тебе вчера,
Сам мя спрослави, Спасе, во Царствии Твоем.
(Пасхальная утреня, песнь 3).
("Журнал "Альфа и Омега". 2002. №2 (32). С. 53-54).


* "Преп. Серафим Саровский, который в течение каждой недели прочитывал все Евангелие, Деяния и Послания Апостолов, так говорил про чтение Священного Писания: "Через это не только душа моя, но и самое тело услаждается и одухотворяется. При чтении Священного Писания я беседую с Господом, содержу в памяти моей жизнь и страдания Его, день и ночь славословлю, хвалю и благодарю Искупителя моего за все Его милости, изливаемые к роду человеческому и ко мне, недостойному.
(Цит. по книге: Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2, М., 2004. С. 56).


* Прот. Александр Шаргунов, преподаватель МДС:
"Есть два способа чтения книг. Первый - когда читающий ставит свой ум судиёй текста, стараясь подчинить его своему пониманию, затем сравнивает то, что он познал, с уже известным ему. Второй способ - когда читающий рассматривает текст как нечто превосходящее его разумение и старается подчинить себя смыслу этого текста. Этот текст - его судия, и для него он - абсолютный критерий истины. Первый способ подходит ко всякой светской книге - к научной или беллетристике. Второй - исключительно к Священному Писанию. Первый означает, что человек господствует над миром. Человеку это по естеству его дано. Второй исходит из господства Бога над человеком, как Творца, мудрость и сила Которого безконечны.
Но если человек смешивает эти два способа, он не может не запутаться как в том, так и в другом случае. Потому что если он будет читать научное или художественное произведение как Евангелие, он не только лишит свой ум естественной ему познавательной способности, он утратит человеческое достоинство "венца творения".
Но, с другой стороны, если он будет читать Священное Писание как научную книгу, он умалит Бога в своём восприятии - в мыслях и чувствах. Бог и Его величие - самое главное, что есть в Священном Писании - окажутся недоступными для него. У такого читателя невольно появится чувство обманчивого превосходства над Божественными вещами, подчёркивают святые отцы, и он станет жертвой того самого заблуждения, какое было у Адама при грехопадении.
По поводу протестантских и католических авторов. У них может быть много полезного, как говорит святитель Феофан Затворник в плане внешнего исследования Писания. Но мы всегда должны иметь в виду, во-первых, то отклонение от истины, которое произошло у западного христианства, и, во-вторых, <...> - интеллектуальное толкование у них преобладает над духовным разумением.
Постигнуть Священное Писание значит подчинить себя ему. Не для того читать, чтобы изучить, исследовать. <...> Если человек исполняется решимости жить по истине, Божественная истина касается его сердца, и по мере верности истина наполняет его.
("Русский дом" 2002, № 11. С. 54).


* Св. прав. Иоанн Кронштадтский:
Читая Священное Писание или творения святых отцов, откажись от собственного знания, от своей мудрости и читай то и другое как невежа, как неучёный, как дитя, начинающее учиться.
(Св. прав. Иоанн Кронштадтский "Творения. Дневник". Т. 1: 1856-1858. Кн. 2 М. 2002. С. 232-233).


* Свт. Игнатий (Брянчанинов):
Святые Отцы научают, как приступать к Евангелию, как читать его, как правильно понимать его, что содействует, что препятствует к уразумению его. И потому сначала более занимайся чтением святых Отцов. Когда же они научат тебя читать Евангелие: тогда преимущественно читай Евангелие.
Не сочти для себя достаточным чтение одного Евангелия, без чтения святых Отцов! Это - мысль гордая, опасная. Лучше пусть приведут к тебя к Евангелию святые Отцы, как возлюбленное своё дитя, получившее предварительное воспитание и образование посредством их жизни.
Многие, все, отвергшие безумно, кичливо святых Отцов, приступившие непосредственно, с слепою дерзостью, с нечистым умом и сердцем к Евангелию, впали в гибельное заблуждение - Их отвергло Евангелие: оно допускает к себе одних смиренных.
("О чтении Святых Отцов" // Свт. Игнатий Брянчанинов "Аскетические опыты" Т. 1, М., 1993. С. 111).


* Преп. Исаак Сирин:
Если хочешь насладиться чтением Божественного и постигнуть его смысл, отложи в сторону количество и норму, да углубится же ум твой в изучение слов Духа, пока душа твоя не возбудится удивлением перед домостроительством Божием и через глубокое размышление не подвигнется к славословию или душеполезной печали.
(Цит. по книге: Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2, М., 2004. С. 61).


* Преп. Максим Исповедник (21.1.662):
Когда слово Божие становится в нас ясным и светлым, а лик Его сияет словно солнце, тогда и одежды Его являются белыми, то есть слова Священного Евангельского Писания - ясными, прозрачными и не имеющими никакого покрова. И вместе с Господом приходят к нам Моисей и Илия, то есть духовные логосы Закона и Пророков.
(Цит. по книге: Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб., 2001. С. 67).


* Свт. Феофан Затворник:
Писание не знает научного исследования в видах голого знания: у него речь всё о жизни и об устроении её. Учёное исследование порождено безпечностью о жизни, чтобы прикрыть этою видимостью праздное своё безделье"
(Еп. Феофан "Псалом сто семнадцатый" М., 1891. С. 406. Цит. по книге: Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" Т. 1, Нижний Новгород, 1995. С. 81).


* Митр. Антоний Сурожский:
Читая Евангелие с честностью, с открытостью, без предвзятых взглядов, мы непременно натыкаемся на различные места, которые по-разному отзываются в нашей душе. Некоторые места остаются непонятными, чуждыми - мы можем их принять к сведению и пройти мимо, читать дальше, ожидая момента, когда мы дорастём до того, чтобы их лучше понять. Другие слова у нас могут вызвать отказ: "Я не согласен с этим, я не могу этого принять"… Надо и это принять к сведению: значит Евангелие и я не созвучны в каком-то отношении. И, наконец, будут такие места, на которые я могу отозваться всем сердцем, всей душой, от которой заволнуется всё моё нутро, места, которые мне кажутся такими прекрасными, такими значительными, о которых хочется сказать: "Боже, как это хорошо!…" Знайте, что такое место о том, что вы и Бог единодушны, что, вчитываясь в это место, вы вчитались в глубины Божии, вы познали Бога Каким Он есть, вы знаете каковы Его мысли, каковы Его чувства, каково Его отношение. Но одновременно вы обнаружили какую-то глубину в себе, о которой вы не имели никакого представления. Это глубина, в которой мы и Бог заодно (выделено в цитируемом источнике - Сост.), мы друг друга понимаем, мы друг друга любим, мы друг другу созвучны. Мы одновременно и себя открыли по-новому, и Бога начинаем знать и понимать. Вот первое условие для чтения Евангелия: готовность честно, открыто, без страха отозваться на что бы то ни было, что дойдёт до нашего сознания, что зажжёт нашу душу радостью, восторгом и побудет нас не только созерцать красоту, а и осуществлять то, что мы обнаружили в себе, в Боге через Евангелие.
(Митрополит Антоний Сурожский "Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия" Клин, 2003. С. 8,9).


* Преп. Исаак Сирин:
К словам Таинств, заключённым в божественном Писании, не приступай без молитвы и испрашивания помощи от Бога, но говори: "Дай мне, Господи, принять ощущение заключающейся в них силы". Молитву считай ключом к истинному пониманию сказанного в божественных Писаниях.
(Цит. по книге: Иеромонах Иларион (Алфеев) "Мир Исаака Сирина" М., 1998. С. 186).


* Во время литургии, перед чтением Евангелия священник молится в алтаре:
"Возсияй в сердцах наших, человеколюбче Владыко, Твоего богоразумия нетленный свет, и мысленныя наши отверзи очи во евангельских Твоих проповеданий разумение: вложи в нас и страх блаженных Твоих заповедий, да плотские похоти вся поправше, духовное жительство пройдем, вся, яже ко благоугождению Твоему, и мудрствующе и деюще. Ты бо еси освящение и просвещение душ и телес наших, Христе Боже, и Тебе славу возсылаем со безначальным Твоим Отцем и всесвятым и благим и жиувотворящим Твоим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.
("Божественная литургия иже во святых отца нашего Иоанна Златоустого").


* Епископ Варнава (Беляев):
Библия дана нам для спасения, а не в качестве пособия и руководства по естественно-историчесим наукам. <...> тому, кто сподобился увидеть безчисленность своих грехов, кто прочувствовал весь тот ужас и строгий ответ, который придётся ему дать по смерти на Страшном Суде не только за свои дела, но и за каждый помысл, кто крепко уверовал, что Библия - не творение рук человеческих, а Слово Самого Страшного и Непостижимого Бога, Которое "будет судить его в последний день" (Ин.12,48), - тому уже в голову не придёт любопытствовать и проверять библейские данные по черепкам египетско-ассириологических музеев, по предметам с навозных свалок так называемых доисторических эпох (материалы геологии и палеонтологии), сравнивать безхитростные выражения Библии с "новейшими" "научными" данными и выводами астрономии, ботаники, биологии, зоологии, и проч. и проч., или браться с нечистыми сердцем и срамными мыслями в голове за исследование существа догматов веры и благочестия . У него нет времени для этого, нет и дерзновения…
"Брат! Увы и горе роду нашему, что мы оставили и что исследуем, о чём стараемся и обо что претыкаемся, - с великим плачем отвечал божественный и дивный во святых Варсонофий Великий, который мог и дождь низводить на землю, и мёртвых воскрешать, когда один из учеников, увлёкшись модными тогда гностическими и оригенистскими теориями, задал ему вопрос о предсуществовании душ и апокатастасисе. - Оставили мы правые пути и хотим идти по стропотным, чтобы и на нас исполнилось слово Писания: "Горе оставляющим пути правые, еже ходити в путях стропотных" (Притч.2,13). Поистине, брат, я оставил плач о самом себе и плачу о тебе. Во что ты впал? Перестал я плакать о грехах моих и оплакиваю тебя, как сына моего. Небеса ужасаются, о чём любопытствуют люди! Земля сотрясается, как они хотят исследовать непостижимое!.. Это - пустословие людей, которые думают о себе, что они нечто значат. Это - слова людей праздных. Это - порождение прелести, ибо сказано: "Глаголющеся быти мудри, объюродеша" (Рим. 1,22)... Судить о сем не моё и не твоё дело. Время дано нам для того, что бы исследовать свои страсти, плакать и рыдать о них…"
Писание, повторяем, дано нам Богом не для пополнения и укрепления наших так называемых научных знаний о внешнем мире, а для спасения нашей души от осуждения её в геенском огне вечном. Библия дана нам для того что бы мы её читали и перечитывали и всеми силами искали, что есть и осталось в нас противное воле Божией, как возникают и одолевают нас помыслы, как действуют в нас худые навыки, как можем от них избавиться. Речь всё о таких предметах, которые руками не пощупаешь и в музеях под стеклянным колпаком не увидишь.
Следовательно, чтобы понять Священное Писание, надо к исследованию его подходить с другими, как говорят в учёных книжках, методами и избрать иной путь к её разумению. Не нужно для этого кончать непременно университет, или даже духовную академию, или то и другое вместе, не требуется быть учёным химиком или философом, или даже дипломированным богословом, но необходимо быть чистым душой, ибо "в злохудожну душу не внидет премудрость" (Прем.1,4) - предупреждает само Слово Божие. Такой человек будет изучать только букву Писания, логические и грамматические взаимоотношения между отдельными словами и фразами, внешнюю жизнь, национально-еврейскую или хотя бы общечеловеческую, и тому подобное, но истинного смысла, относящегося к сокровенным тайнам спасения, смысла, выясняющего в чём сущность и назначение всей видимой и умосозерцательной твари и какова природа Самого Творца и Спасителя, - такой человек никогда не постигнет.
Ведь если Библия есть творение Самого Бога, то, понятно, надо уподобиться прежде Богу и освободиться от недостатков падшей человеческой природы, чтобы сделаться способным воспринимать в Писании всё божественное, а не человеческое. Не так ли и у нас в житейском быту? Чтобы понять курс высшей математики, читаемый профессором, надо выучиться сперва арифметике, потом алгебре, геометрии и т.д. и притом просидеть не меньше, чем восемь-десять лет на скамейке низшего и среднего учебного заведения, прежде чем получить право переступить порог "Святилища Высшей Науки", как гордо и выспренне выражаются некоторые из переступивших его уже. <...>
Итак, сродное воспринимается сродным. Творение Св. Духа познаётся боголепным человеческим духом.
(Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" Т. 1. Нижний Новгород, 1995. С. 81-83).


* Свт. Игнатий (Брянчанинов):
Достойное горького рыдание зрелище: христиане, не знающие, в чём состоит Христианство! А это зрелище почти беспрестанно встречают ныне взоры; редко они бывают утешены противоположным, точно - утешительным зрелищем! Редко они могут в многочисленной толпе именующих себя христианами остановиться на христианине и именем, и самим делом. <...>
Не играйте вашим спасением, не играйте! Иначе будете вечно плакать. Займитесь чтением Нового Завета и Святых Отцов Православной Церкви… изучите в Святых Отцах Православной Церкви, как правильно понимать Писание, какое жительство, какие мысли и чувствования приличествуют Христианину. Из Писания и живой веры изучите Христа и Христианство. Прежде, нежели придёт грозный час, в который вы должны будете предстать на суд перед Богом, стяжите оправдание, подаваемые Богом туне всем человекам при посредстве Христианства.
(Цит. по книге: "Настольная книга священнослужителя" Т. 1, М., 1992. С. 675, 679).


* Митр. Антоний Сурожский:
Поскольку цель богомыслия, понимания Священного Писания - в том, чтобы исполнять волю Божию, мы должны делать практические выводы и поступать в соответствии с ними. Когда нам открылся смысл, когда в этой фразе Бог сказал нам нечто, мы должны вникнуть в суть и посмотреть, что мы можем сделать, подобно тому, как поступаем когда нам приходит в голову хорошая идея; осознав, что то или другое правильно, мы тут же начинаем думать как бы включить это в свою жизнь, каким образом сделать это, при каких обстоятельствах, каким способом. Недостаточно понять, что можно сделать, и с восторгом начать рассказывать об этом своим друзьям; надо начать делать это.
(Антоний митрополит Сурожский "Молитва и жизнь" Рига, 1992. С. 39).


* Свящ. Иоанн Брек, проф. Свято-Сергиевского Богословского института (Париж):
"… Исторический вопрос оказывается весьма непростым, поскольку в то время понимание истории достаточно сильно отличалось от нашего. То, что мы называем историей или действительным событием, на самом деле заимствовано из представлений, возникших в ХIХ веке. Перед святыми же Отцами, будь то Отцы александрийцы или те, что принадлежали к традиции антиохийской, появившейся несколько позже, в качестве определённой реакции против первой, история представала как встреча земли и неба, встреча видимого и невидимого. Для этих двух школ исследование истории имело гораздо более широкое значение, чем то, что мы обычно подразумеваем, под историческим или историко-критическим исследованием, каковое, я на этом настаиваю, отражает особенность сознания, сформировавшегося не раньше ХIХ века. <...>
Каковы бы ни были пути типологии (Антиохия) или аллегории (Александрия), цель толкования этих двух традиций всегда заключалась в том, чтобы посредством истории опередить саму историю, чтобы достичь знания, мудрости, постижения, участия, подлинного общения с небесной реальностью, реальностью Царствия Божия.
(Доклад "Как читать Ветхий Завет? // Журнал "Альфа и Омега" 2003, №1(35). С. 17-18).


* Преп. Силуан Афонский (11.9.1938):
На небесах всё живёт и движется Духом Святым. Но и на земле - тот же Дух Святой. Он живёт в нашей Церкви; Он живёт в Таинствах, Он - в Священном Писании; Он - в душах верующих.
(Цит. по книге: "Непознанный мир веры" М., 2002. С. 138).


* В семинарском учебнике сказано: Про иеромонаха Феодора (Ушакова, 1718-19.2.1791):
Став настоятелем Санаксарского монастыря он строго требовал внятного чтения во время богослужения. Он говорил: "Если, по слову апостола, в воинских полках труба будет издавать неопределённый звук, кто станет готовиться к сражению (1 Кор. 14,6). Так и мы скорочтением будем только воздух церковный наполнять, а силы внутреннего смысла читаемого не поймём. Души наши останутся голодны духовно, без назидания. Не чтение слова Божия, а внутренняя сила и дух оного, понимаемые нами служит нам ко спасению.
(Свящ. В. Цыпин "Учебное пособие по "История Русской Церкви. (Синодальный период) для 4 класса Семинарии" Загорск, 1988, машинопись. С. 115).


* Преп. Максим Исповедник:
Ветхий Завет составляет тело, а Новый - душу, дух и ум. И еще: телом всего Священного Писания, Ветхого и Нового Заветов, служит историческая буквальность его; душой же - смысл написанного, который и является целью устремлений ума.
"..." как человек смертен по своей видимой части, а по невидимой бессмертен, так и Священное Писание обладает, с одной стороны, преходящей явленностью буквы, а с другой - содержит сокрытый в ней дух, бытие которого непреходяще и который составляет истинный предмет созерцания.
("Мистагогия". Цит. по книге: Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб.. С. 66).


* Преп. Симеон Новый Богослов (12.3.1021):
Духовное ведение подобно дому, построенному посреди эллинского и мирского знания, в каковом доме находится как сундук какой, крепко-накрепко замкнутый, знание Божественных Писаний и неизреченное богатство, сокрытое в сем знание Писаний, то есть Божественная благодать. Этого богатства не могут видеть входящие в дом, если не будет для них открыт сундук; сундук же этот открыть невозможно никакою человеческою мудростью. Потому-то все люди, мудрствующие по-мирски, не знают духовного сокровища, которое лежит в сундуке духовного ведения. И как, если кто подымет этот сундук на плечи, не может ещё по одному сему видеть сокровище, которое внутри его, так если кто прочитает и даже на память заучит все Божественные Писания, не может по одному этому постигнуть благодать Святаго Духа, которая сокрыта в них: ибо, ни того что находится внутри сундука, нельзя обнаружить посредством самого сундука, ни того, что сокрыто в Божественных Писаниях, нельзя открыть посредством самих Писаний. <...>
Евангелие Христово и прочие Божественные Писания, которые имеют внутри себя сокрытую вечную жизнь и вместе с нею неизреченные блага небесные, как говорит Христос: испытайте Писаний, яко вы мните в них имети живот вечный (Ин. 5,39). Человек же, который поднял сундук на плечи положим изображает того, кто выучил на память все Божественные Писания, всегда имеет их в устах и хранит в памяти душевной, как в сундуке, содержащем многоценные камни: заповеди Божии, в коих живот вечный, а в месте с заповедями Божиими и добродетели, как маргариты. Ибо от заповедей рождаются добродетели, а от добродетелей явными делаются таинства, сокрытые в букве Писания. Тогда преуспевают в добродетелях, когда хранят заповеди; и наоборот, тогда хранят заповеди, когда ревнуют о добродетелях; а посредством добродетелей и заповедей открывается для нас дверь ведения, или, лучше сказать, она открывается для нас Иисусом Христом, Который сказал: "Имеяй заповеди Моя и соблюдай их, той есть любяй Мя… и Аз возлюблю его и явлюся ему Сам" (Ин.14,21). Таким образом, когда вселится в нас Бог и откроет нам Себя заведомо (знательно, осязательно), тогда и мы прозрим к ведению, т.е. уразумеем действенно те божественные таинства, которые сокрыты в Божественных Писаниях. Другим же каким-либо способом достигнуть сего не возможно. И пусть никто себя не обманывает, думая что отрыл иначе как этот сундучок ведения и вкусил благ, которые внутри него, т.е. достиг причастия их и созерцания их.
Но какие это блага, о которых я здесь поминаю?
Совершенная любовь к Богу и ближнему, презрение всего видимого, умерщвление плоти, плотских членов, которое на земле, и срамной греховной похоти; чтобы как мёртвый ни о чём не помышляет и ничего не чувствует, так и мы не помышляли совершенно ни о каком злом похотении, не чувствовали никакого насильственного и властного давления на нас греха, искушающего нас, но помнили бы только заповеди Спасителя нашего Иисуса Христа, безсмертие и нетление, славу не престающую, жизнь вечную, царство небесное и усыновление полученное нами чрез новое рождение от Духа Святаго, в котором рождении соделались мы сынами Божиими и богами по благодати, наследниками Божиими и сонаследниками Христовыми, - помнили бы так же, что с сими благами стяжали мы и ум Христов, или дух Христов и благодать Св. Духа и им (умом) познали Бога и Самого Христа, обитающего в нас, и существующего нам в нас. Итак, те которые, слыша заповеди Божии, творят их, сподобляются богатно получить все эти неизреченные блага, подаваемые ради того (творения заповедей) посредством открытия сказочного сундучка или посредством открытия умных очей душевных, и узрения того, что сокрыто в Божественных Писаниях.
Другие же, которое не познали того, что о чём мы сказали, и не испытали того делом те, не вкусили ещё сладости и жизни безсмертной, какую имеют божественные словеса, и хвалятся лишь знанием, и надежду спасения своего полагают в одном изучении Божественного Писания и в том, что знают его на память. Такие по смерти будут осуждены паче тех, которое совсем не слышали Писания, и особенно те из них, которые, заблуждаясь по неведению, извращают смысл Божественного Писания и толкуют его по похотям своим, желая оправдать самих себя, т.е. будто бы и без точнейшего соблюдения заповедей Божиих можно спастись. Для них недоступна сила Божественных Писаний. <...> Употребим и другое сравнение. Как плохо научившиеся грамоте и не упражняющиеся в чтении не могут читать так, как те, которые и грамоте научились хорошо и долго упражнялись в чтении, так и те, которое не хотели исполнять делом заповеди Божии не могут удостоится узреть откровения Духа Святаго на равнее с теми, которые подвязались в делании заповедей и достигли полного в том совершенства, пролив даже за них и кровь свою. И как тот, кто взял бы в руки книгу, закрытую и запечатанную, не может увидеть или узнать, что в ней написано, хотя бы обладал всею мудростью мира, так и тот, у кого, как мы сказали, всё Божественное Писание в устах, не может понять и постигнуть таинственную и Божественную славу и силу, сокрытую в нём, если не будет исполнять заповедей Божиих и не сподобится получить Утешителя, Духа истины, Который бы раскрыл пред ним слова Божественного Писания, как книгу и показал ему таинственную славу, которая внутри них - при этом же показал бы и силу и блага Божии, сокрытые в них, вместе с вечною жизнью, преисполненную тех благ, которое сокрыты и неведомы для все нерадивых презрителей заповедей Божиих"
(Прп. Симеон Новый Богослов "Творения" Т. 1, М., 1892. С. 409-410, 419, 442-447. Цит. по книге: Епископ Варнава (Беляев) "Основы искусства святости" Т. 1. Нижний Новгород, 1995. С. 75-79).


* Митр. Антоний Сурожский:
Все духовные писатели прошлого и наших дней скажут вам: возьми текст, размышляй над ним, час за часом, день за днём, пока не исчерпаешь всех своих возможностей, как умственных, так и эмоциональных, и пока, внимательно читая и перечитывая этот текст, не придёшь к новому отношению к жизни. Очень часто богомыслие состоит только в том, чтобы вникать в текст, повторяя вновь и вновь эти слова Божии, обращённые к нам, чтобы настолько сродниться с ними, настолько впитать их в себя, чтобы постепенно мы и эти слова станем одно. И в этом процессе, даже если нам кажется, что умственно мы ничем особенно не обогатились, мы изменяемся.
(Антоний, митрополит Сурожский "Молитва и жизнь" Рига, 1992. С. 40).


* Игумен Илларион (Алфеев) пишет:
… На примере мистической типологии Оригена и других александрийцев, а так же монашеской и литургической традиции Православной Церкви мы видим, что целью библейской экзегетики является не столько простое разъяснение отдельных фрагментов, сколько поиски скрытого смысла с прямыми ссылками на личную жизнь слушателя (читателя, молящегося). Святые Отцы интерпретируют тот или иной текст из Священного Писания, передавая читателю свой духовный опыт и приглашая его разделить этот опыт. Отыскивая "скрытый" смысл в священных текстах, они старались установить прямую связь между Писанием и духовной жизнью: при этом всегда преследовалась одна цель - преобразить (греч.) Божественных тайн отдельной человеческой жизни в (греч.) Божественных тайн, а непрекращающееся познание Бога через Писание.
(Игумен Илларион (Алфеев) "Преподобный Симеон Новый богослов и православное предание" СПб., 2001. С. 72).


* Архимандрит Софроний (Сахаров, † 11.7.1993):
Всякая человеческая мысль, всякое слово человеческое есть энергия - сила. И если это верно по отношению к мысли и слову человеческому, то тем более верно по отношению к слову Божию, слову Христа.
Когда мы слышим евангельское слово Христа - благоуханное, тихое, сладкое "блаженны чистые сердцем, ибо они узрят Бога" или "научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем", - тогда не забываем, что это кроткое слово Христа есть та непостижимая, безпредельная сила, которая вызвала из тьмы небытия к свету жизни всё сущее, все безчисленные миры, все неисчислимые в своём многообразии твари разумные и неразумные. Слово Христа, обличённое в смиренную чувственно воспринимаемую человеческого тварного слова, могущего быть зафиксированным даже графически, оно, это слово, в своей глубине, в основе своей есть энергия Великого Всемогущего Всетворца Бога. <...>
Слово Христа есть дух и жизнь вечная, полнота любви и радость небес. Слово Христа есть несозданный Божественный свет. Обращается оно не к поверхностному логическому рассудку, но к глубокому сердцу человека.
И тот, кто навстречу ему отверзает своё сердце до последней глубины, чтобы достойно воспринять сей Божественный свет, чтобы слиться с ним воедино, становится богоподобным. Слово Христа, воспринятое в жизнь, Богом творит человека.
(Цит. по книге: Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2, М., 2004. С. 63,64).


V



* В статье "Теология в эпоху постмодернизма" д.ф.н., ведущий научный сотрудник Института философии РАН Л.А. Маркова пишет:
В научном исследовании религии особенно преуспели протестантские теологи и учёные. Эмпирическая феноменологии религии изучается ими как факты этнографии или истории. События религиозной истории регистрируются, схематизируются, классифицируются. При этом существенно, что научный рационализм предполагает принципиальное отрицание чуда. Именно поэтому С. Булгаков, например, выносит всякое научное, рациональное исследование религии за её пределы. Он напоминает, что-то самое Евангелие, которое вдоль и поперёк критически изучается наукой, имеет наряду с этим, и литургическое, богослужебное употребление: оно читается в храме или же в уединённой молитвенной тиши как Слово Божие. Тексты, написанные на человеческом языке, обладающие исторической конкретностью, для научного изучения являются только литературно-историческим памятником. Для верующего же сознания историческая оболочка лишь прикрывает их Божественное содержание. Библия существует как бы в нескольких образах: и как просто книга, доступная научному изучению, и как памятник иудейской письменности, и как Книга книг, и как вечный Символ, раскрывающийся только вере, благоговению.
(Журнал "Вопросы философии" 1999, №3. С. 111-112).


* Преп. Исаак Сирин:
Во всём, что встретится тебе в Писаниях, доискивайся цели слова, чтобы проникнуть тебе в глубину мысли святых, и с большею точностью выразуметь оную. Божественною благодатию путеводимые в жизни своей к просвещению всегда ощущают, что как бы умный какой луч проходит по стихам написанного, и отличает уму голые слова от того, что душевному ведению сказано с великою мыслью.
Если человек многозначащие стихи читает, не углубляясь в них; то и сердце его остаётся бедным, и угасает в нём святая сила, которая при чудном уразумении души доставляет сердцу сладостнейшее вкушение.
Всякая вещь обыкновенно стремится к сродному ей. И душа, имещающая в себе удел духа, когда услышит речение, заключающее в себе сокровенную духовную силу, пламенно влечёт к себе содержание сего речения.
("Творения иже во святых отца нашего аввы Исаака Сириянина, подвижника и отшельника" Сергиев Посад, 1911. С. 7).


* Прот. Георгий Флоровский пишет:
Писание для св. Григория (Нисского - Сост.) только символ, указующий на духовную реальность; потому и недостаточно, и обманчиво иудейское буквальное понимание Писания... "Тело Писания", как некая завеса, часто закрывает "Славу, заключенную в Писании"... "Если снять телесный покров слова, остающееся есть Господь, Жизнь и Дух" (здесь о. Георгий цитирует св. Григория Нисского)
(Прот. Георгий Флоровский. "Восточные отцы IV века". Париж, 1931. С. 142-143).


* Свт. Григорий Нисский (10.1. после 394):
Богодухновенное Писание, как называет его божественный апостол (2 Тим. 3,16), есть писание Святаго Духа. Цель его есть польза людей; ибо говорит он: "всякое Писание Богодухновенно и полезно есть"; эта польза многоразлична и многообразна, как говорит апостол: "ко учению, ко обличению, ко исправлению, еже в правде.
(2 Тим. 3,16). Но эту пользу нельзя получить читающему с первого раза: божественное, как бы завесою, скрывается телом Писания, так как законодательство и история как бы покрывают созерцаемое умом. Потому-то о тех, которые смотрят только на тело Писания, говорит, что они имеют покрывало на сердце (2 Кор. 3,15) и не могут провидеть славу духовного закона, так как им препятствует наложенное на лицо законодателя покрывало. Посему он говорит: "писма убивает, а дух животворит", показывая, что представляющееся с первого взгляда толкование написанного, если не будет понято в надлежащем смысле, часто производит противоположное жизни являемой духом… /Отточие цитируемого источника - составитель/ Мы же, тайноводствуемые апостолом, переходим от убивающей буквы к животворящему духу, наученные посвященным в раю в неизреченное (2Кор. 12,4), что всё, что говорит божественное Писание, суть глаголы Святого Духа. <...> Итак, богоносные святые вдохновляются силою Духа и всякое Писание потому называется богодухновенным, что оно есть учение божественного вдохновения. Если снять телесный покров слова, то остающееся есть Господь, жизнь и дух, по учению великого Павла и по евангельскому слову. Потому что Павел сказал, что обратившийся от буквы к духу принимает уже не убивающее рабство, а Господа, Который есть животворящий Дух, а высокое Евангелие говорит: "глаголы, яже Аз глаголах вам, дух суть и живот" (Иоан. 6,63), как обнажённые от телесного покрова.
(Из 7-ой книги "Опровержения Евмония". Цит. По книге: "Вера и жизнь христианская по учению святых отцов и учителей Церкви" "Паломник", 1996. С. 157-159).


* Св. прав. Иоанн Кронштадтский:
Я читаю Евангелие (выделено в цитируемом источнике - составитель): тут не я говорю, а Сам Господь (выделено в цитируемом источнике - составитель). - Он, Он Сам в этих словах. Ведь Он Дух, Премудрость, или бесконечная ипостасная Мысль, Он - то, Он в этих чудных мыслях и словах Евангелия. Только слово наше человеческое, или лучше: и слово - Его же, и мысль - сущность Его, истина, - Сам Господь.
(Св. прав. Иоанн Кронштадтский "Творения. Дневник. Т.3: 1860-1861. М., 2005. С. 69).


* Один из крупнейших знатоков творчества преподобного Максима Исповедника, доцент Киевской Духовной Академии, С.Л. Епифанович в предисловие к книге его "Творений" (1916г.) пишет:
Всё может служить для созерцателя точкой отправления в этом умозрительном возвышении к Богу, ибо всё есть проявление божественных идей, как бы не искажала чего злая воля разумных существ. Но в особенности источником духовного питания может служить Слово Божие, Священное Писание. Это - как бы другой мир, в котором таинственно воплотилось Божество, подобно тому как в творческих идеях оно воплотилось в видимом мире. Это как бы особое воплощение Слова Божия - воплощение в буквах и слогах, подобное явлению Его во плоти человеческой. В нём в особенности пристойно созерцателю собирать для своего духовного питания, назидания и просветления таинственные идеи Божии. И если в видимой природе умозритель останавливается лишь на созерцании идей чувственного бытия, выясняя себе основу и происхождение мира от божественной Благости, то в Писании он сосредотачивается преимущественно на постижении мысленного т.е. духовного (разумно-свободного) бытия, здесь в особенности он познаёт не только творческие идеи бытия, но и идеи Промысла и Суда, проявляющиеся в области нравственной жизни, во всех видах добродетели и ведения, - те идеи, которые вполне и совершенно проявились в великой тайне воплощения и искупления. Здесь поэтому таинственные вещания Духа ещё ближе, ещё понятнее человеческому сердцу, ещё дороже для христианина. Здесь поэтому в собственном смысле почерпается ведение мысленного бытия, переводящее душу в сродную ей область мысленного бытия и приближающее к Богу.
Это ведение таинственно сокрыто в Писании, сокрыто под внешним покровом букв, сокрыто от недостойных, которые не могут ощущать в нём силы Божией. Однако Сам Божественный Логос (Слово) таинственно находится в нём, научая каждого Своим идеям. Было бы крайне преступно не замечать и убить Его буквой Писания ("письма бо убивает" 2Кор.3,6) подобно богоубийцам-иудеям, не сумевшим под плотью узреть Бога, как и под буквой закона - духа. <...> Все аскеты поэтому изучают Писание, но изучают не так как люди внешней науки, считающие буквы и слога и видящие в нём самые простые и обыкновенные вещи, а как служители Духа, чтители заключённых в нём тайн, причастники истекающей из буквы таинственной силы и жизни. Они ищут здесь того, чего хотело намерение Духа, и сами хотят пережить то состояние блаженного озарения от Него, которое испытали св. пророки. А зная беспредельность смысла Писания, они рады всякой степени наития, в которой им удаётся хотя отчасти вкусить от духовной истины, разлитой в безбрежной пучине словес Духа.
("Творения преподобного Максима Исповедника". Кн. 2 М., 1993. С. 11).


* Преп. Максим Исповедник:
… кто естество зримых вещей не определяет одним только чувством, но умом мудро взыскует смысл в каждой твари, тот находит Бога и научается, исходя из произведённого Богом великолепия сущих познавать их Причину.
Поэтому, поскольку ощущаемому свойственна способность различения, то кто, как ведующий, постигает законнические символы и знающе созерцает являемое естество сущих, тот различает и Писание, и тварь, и самого себя: Писание он разделяет на букву и дух, тварь - на логос и внешнюю явленность, самого себя - на ум и чувство. Постигая дух Писания, логос твари и ум самого себя, нерасторжимо соединённые друг с другом, он, как знающий, находит Бога, как-то и должно быть, - Бога, Который и в уме, и в логосе, и в духе….
("Вопросоответы". // "Творения преподобного Максима Исповедника" Кн. 2, М., 1993. С. 90).


* Преп. Максим Исповедник:
Мы находим, что Священное Писание описывает Бога, сообразуясь с душевным расположением каждого из тех, кто находится под Божиим попечительством. Отсюда и говорится о льве, медведе, леопарде, пантере, человеке, быке, овце, солнце, звезде, огне, ветре и безчисленном множестве других вещей, которые не существуют буквально, - и смысл каждого такого слова доступен лишь через духовное толкование ".." Поэтому тщательно и со знанием дела рассматривая речения соответственно каждому месту Писания, многоразличным образом описывающее Бога, ты обнаружишь, что причиной многих изменений Божественных проявлений есть душевное расположение тех, кто находится под Божием попечительством.
("Вопросоответы". // "Творения преподобного Максима Исповедника" Кн. 2, М., 1993. С. 83).


* Преп. Максим Исповедник:
Он говорит, что Бог является каждому человеку сообразно с имеющимся у него представлением о Боге. Тем, кто в духовном порыве преодолел материальность бытия и привёл в равновесие друг с другом силы души в соответствии с единым и тем же самым приснодвижением окрест Бога, Он обнаруживается и как Единица и как Троица, дабы одновременно и показать Собственное бытие и таинственно наставить и относительно образа этого бытия. А тем, чьи устремления не выходят за пределы материального бытия и кто стяжал лишь несвязанные друг с другом силы души, Он является не таков как Он есть, но каковы они сами суть, показывая, что они схватили обоими руками лишь материальную двоицу, в соответствии с которой образовался телесный мир, состоящей из материи и вида.
("Вопросоответы". // "Творения преподобного Максима Исповедника" Кн. 2, М., 1993. С. 207).


* Учебник по догматике:
Преп. Максим Исповедник говорит, что ещё прежде воплощения Бог Слово открывается, воплощается в природе и Писании. Внешние формы и буквы составляют Его одежды, под которыми таинственно открываются Его идеи и энергии, а в них и Сам Он.
(Арх. Алипий, Арх. Исаия "Догматическое Богословие" Свято-Троицкая Сергиева лавра, 2000. С. 33-34).


* Сщмч. Дионисий Ареопагит:
О пресущественная, пребожественная и преблагословенная Троица, христианского богомудрия наставница! Вознеси нас на неведомую, пресветлую и преславную вершину познания Священнотайного Писания, где совершенные, неизменные и подлинные таинства Богословия открываются в пресветлом Мраке тайноводственного безмолвия, в котором при полнейшем отсутствии света, при совершенном отсутствии ощущений и видимости наш невосприимчивый к духовному просвещению разум озаряется ярчайшим светом, преисполняясь пречистым сиянием!"
Да будут таковы всегда мои молитвы.
("Послание к Тимофею". Цит. по сборнику "Мистическое богословие" Киев, 1991. С. 5).


* Свт. Игнатий (Брянчанинов):
Хочешь ли увидеть Господа Иисуса Христа? - "Прииди и виждь" (Ин.1,45) говорит Его Апостол.
Господь Иисус Христос дал обетование пребывать с учениками Своими "до скончания века" (Мф.28,20). Он - ними: в святом Евангелии и таинствах Церковных. Его нет для тех, которые не веруют в Евангелие: они не видят Его, будучи пленены неверием.
Хочешь ли услышать Христа? - Он говорит тебе Евангелием. Не пренебреги Его спасительным голосом: уклонись от греховной жизни, и слушай со вниманием учение Христово, которое - живот вечный.
Хочешь ли, чтоб тебе явился Христос? Он научает тебя как это получить. "Имеяй заповеди Моя, и соблюдаяй их, той есть любяй Мя: а любяй Мя, возлюблен будет Отцем Моим и Аз возлюблю его, и явлюся ему Сам" (Ин.14,21).
Ты усыновлён Богу таинством святого крещения; ты вступил в теснейшее единение с Богом в таинстве святого причащения: поддерживай усыновление, поддерживай единение. Чистоту и обновление, доставленные святым крещением восстановляй покаянием, а единение с Богом питай жительством по Евангелию и по возможности частым причащением святым Христовым тайнам. "Будите во Мне, и Аз в вас" (Ин.15,4), сказал Господь. "Аще заповеди Моя соблюдете, пребудете в любви Моей" (Ин.15,10). "Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем" (Ин.6,56).
("Видение Христа" // Свт. Игнатий Брянчанинов "Аскетические опыты" Т. 1, М., 1993. С. 102).


* Величайший мистик и чудотворец конца ХIХ - начала ХХ веков св. праведный Иоанн Кронштадтский писал:
Веруй твёрдо в осуществимость всякого слова, особенно произнесённого во время молитвы, памятуя, что Виновник слова есть Бог-Слово, что Сам Бог наш, в Троице поклоняемый, выражается тремя совами или именами: Отец, Слово и Святый Дух; что всякому слову соответствует бытие, или всякое слово может быть бытием и делом. Благоговейно обращайся с словом и дорожи им. Помни, что как Ипостасное Слово Божие - Сын Божий всегда соединён со Отцем и Святым Духом, так и в Слове Священного Писания, или в молитве, или в писаниях богомудрых отцов участвует по Своему вездесущею Отец, как верховный Разум, творческое Его Слово и совершитель Дух Святый. Поэтому никакое слово не праздно, но имеет или должно иметь в себе свою силу, и горе празднословящим, ибо они дадут ответ за празднословие. "Яко не изнеможет у Бога всяк глагол" (Лк.1, 37), это вообще свойство слова - сила и совершимость его. Таким оно должно быть в устах человека.
Каждое слово Священного Писания, каждое слово Божественной литургиии, утрени и вечерни, каждое слово священно-таинственных молитв и молитвословий имеет в себе соответствующую ему, и в нём заключающуюся силу, подобно знамению честнаго и животворящаго Креста. Такая благодать присуща каждому церковному слову, ради обитающего в Церкви Ипостасного, вочеловечевшегося Божия Слова, Которое есть глава Церкви. Да и всякое истинное доброе слово имеет соответствующую ему силу, ради всенаполняющего простого Божия Слова С каким же вниманием и благоговением надо произносить каждое слово, с какою верою! Ибо Слово есть сам Зиждитель - Бог, и Словом от небытия в бытие всё приведено.
(Святой праведный Иоанн Кронштадтский "Мысли христианина" М., 2000. С. 237,241-242).


* Преп. Макарий Великий:
СЛОВО БОЖИЕ есть БОГ, а слово мира есть мир.
("46-я беседа. О различии между словом Божиим и словом мира, меду чадами Божиим и чадами мира сего" // Прп. Макарий Египетский "Духовные беседы" Киев, 2001. С. 286).


* * *


* Процитировав св. прав. Иоанна Кронштадтского: "Духовный восторг охватывает моё сердце, так мне ощутительно присутствие благодати в Слове Божием: мне даже представляется, что я читаю и вливаю в себя благодать Божию", Н.Е. Пестов пишет:
К сожалению, мы, рядовые христиане, далеко отстаём от о. Иоанна и почти всегда воспринимаем при чтении мысли лишь умом. Но, как говорят св. отцы, что если хотя одно Божие слово западёт в сердце, то может дать жизнь душе на всю вечность.
(Н.Е. Пестов "Современная практика православного благочестия" Т. 2. М., 2004. С. 62-63).


* * *


* Святитель Николай Сербский (Велимирович, 18.3.1956):
Сердце и Евангелие.
Из праха сердце твое, из праха и бумага, на которой написано Евангелие. Но Дух Святый Животворящий писал по этому праху. Потому одно письмо адресовано другому, первое раскрывает второе, второе объясняет первое.
Когда мир своими страстями сожжёт одно, тогда и другое в опасности пожара.
(Святитель Николай Сербский "Мысли о добре и зле" М., 2001. С. 56-57).


* Митр. Антоний Сурожский:
Евангелие было провозглашено для всех без исключения. Если бы мы могли просто встать, осознавая присутствие Божие, не помышляя, будто достойны предстоять перед Богом, но только вслушиваясь всем своим существом, если бы мы…/здесь и ниже отточие цитируемого источника - составитель/ со смирением, робко постучали, ожидая в ответ приглашение войти, мы с изумлением и в восхищении услышали бы, что по ту сторону тоже Кто-то стучит: "Се стою у двери и стучу" (Откр. 3,20), - говорит Господь. Быть может, мы увидели бы, что с Его стороны дверь не заперта; она заперта с нашей стороны, наши сердца запечатаны; наше сердце узко… Бог не перестаёт стучать с надеждой, настойчиво и терпеливо <...> Он Сам ищет встречи с нами. В опыте христианства эта тема встречи центральна; она лежит в основе всей истории спасения, всей человеческой истории. Она в сердцевине новозаветного благовестия. В Ветхом Завете увидеть Бога значило умереть; в Новом Завете встреча с Богом означает жизнь… Всё Евангелие можно воспринять мыслью, опытом, жизнью, как непрестанно возобновляющуюся встречу, в которой содержится и спасение и суд. Задолго до событий Нового Завета первое Божие действие творения - уже встреча, которой Бог возжелал и которую вызвал к реальности… Так начинается процесс становления, который когда-то приведёт нас к такому переизбытку жизни, который апостол Павел описывает, говоря: "Бог будет всё во всём", когда человек станет, по слову апостола Петра, "причастником Божественного естества" получит участие в Божественной природе.
(Цит. по книге: "Путь умного делания. Молитва Иисусова. Опыт двух тысячелетий" т.1, М., 2004. С. 441-442).


VI
ПРИЛОЖЕНИЯ



* В интервью с Дмитрием Сапрыкиным митр. Антоний Сурожский (†2002) рассказал о своём приходе к Богу, о своём опыте чтения Евангелия.
Я стал верующим, потому что встретился С БОГОМ, с Богом, а не с ритуалами, уставами, практикой, а с Богом через Евангелие. Евангелие я первый раз прочел, чтобы убедиться, что все это вздор и ложь. Мне тогда было четырнадцать лет. Я был тогда мальчиком в русской организации, где был священник, но на нас не очень давили в этом направлении. В конце поста к нам приехал провести беседу один священник. Я не хотел идти. Но мой руководитель был умный, он сказал мне: ты должен пойти. А я заартачился. Тогда он мне сказал: "Знаешь что, если никто из вас не пойдет, представляете, что он разнесет о вас по Парижу? Я тебя не прошу слушать. Иди, сядь и думай свои думы". Я пошел, послушал и то, что он говорил, меня возмутило! Потому что это шло вразрез со всем, чему нас учили. Нас учили готовиться к освобождению России с мечом в руке. А он начал говорить о Христе, о смирении, о прощении обид и о любви к врагам. Я сидел и кипел. И когда он кончил, я ушел, на поле игры не вернулся, поехал домой, повторяя себе: если это так, я с этим кончил, никогда я не буду верующим христианином и выброшу вон свой крестильный крест! И тогда я попросил у мамы Евангелие, чтобы проверить. Из беседы с отцом Сергием Булгаковым... - Это был отец Сергий? - Да, это был он. Так вот, я запомнил только одно: есть четыре Евангелия. Стало быть, решил я, одно из них короче. Я начал считать главы, наткнулся на Евангелие от Марка и попался! Потому что оно написано для таких дикарей, как я, - для молодых римлян, которые были язычниками. Я начал читать. И между второй и третьей главой Евангелия от Марка со мной случилось что-то, о чем говорят: ты с ума сошел, одурел! Между первой и третьей главой Евангелия от Марка, я вдруг явно почувствовал, что по ту сторону письменного стола, за которым я сидел, стоит Христос, живой. Я ничего не видел, не слышал, не обонял, никаких чувственных переживаний я не испытывал, но была абсолютная уверенность в Его присутствии. Я откинулся на спинку стула и подумал: если Он здесь, живой и от Него исходит такой свет и покой, причем свет не чувственный, а тот, который меня пронизал, значит все, сказанное в Евангелии, - правда. И я начал читать. Я стал открывать Евангелие в разных местах и первое, что мне попало, - это то место в Евангелии от Матфея, где говорится, что Бог проливает свет на добрых и на злых, и все Ему дороги. И тогда, помню, я подумал: я хочу быть с Богом, и поэтому я буду всех любить, что бы они мне ни делали".
(Беседовал Дмитрий Сапрыкин. 22 июня 2001 года, Лондон. Сайт "Страна.Ру")


* Свящ. Иоанн Брек, проф. Свято-Сергиевского Богословского института (Париж):
Рискуя упростить достаточно полный предмет, мы можем тем не менее свести наиболее важные приемы и принципы святоотеческой экзегезы к восьми основным пунктам.
1. Выражение Слово Божие понимается сегодня, в особенности в протестантских кругах (как по отношению к Библии, так и в собственном смысле), в частности, как форма проповеди. Но для Отцов Церкви Слово Божие относилось в первую очередь к Превечному Слову, к Бого-Человеку воплотившемуся в Иисусе из Назарета и прославленному в Церкви как Один из Святой Троицы. Во-вторых, Слово Божие есть Личность, Второе Лицо Пресвятой Троицы, Которое сообщило Своё Откровение миру вначале через текст Священного Писания. Выражение Слово Божие относится к трем различным и при этом глубоко взаимосвязанным понятиям: к Личности Божественного Логоса, к письменному свидетельству Апостолов о Нём и к проповеди о Нём как призыву к вере и к жизни в Нём.
2. Слово Божие во всех своих значениях может быть понято и истолковано лишь в свете тринитарного богословия. Отец, Сын и Святой Дух обладают общей волей и общим действием, которое проникает и истолковывает Священное Писание так же, как это было при творении и искуплении мира. Согласно свидетельству святых Апостолов, Дух Святой указывает на Иисуса Христа как на источник истины и вечной жизни. Поскольку Божественное всемогущество пронизывает Церковь и вдохновляет церковную проповедь в мире, Святой Дух руководит нами к вере в Сына Божия, Сын же в свою очередь вводит нас в превечное общение с Богом Отцом. Более того, здесь обнаруживается встречное движение со стороны Бога: ведь Сын умолил Отца послать Святого Духа верным в постоянном излиянии длящейся Пятидесятницы, чтобы укрепить их, просветить и освятить. Откровение происходит от Отца через Сына, становясь осознанным в Святом Духе. В то время как наш ответ, основанный на вере, происходит в Святом Духе и от Него через Сына к Отцу. Евангельская весть становится "силой Божией ко спасению" (см. Рим. 1,16) только через икономию, исполняющуюся в Сыне и Святом Духе, Которых святитель Ириней Лионский описал как "две руки Отца".
3. Это значит, что Слово Божие как Священное Писание и проповедь (равно как и Сам воплотившийся Логос) должно быть понято как Богочеловеческая реальность. Для православного сознания Священное Писание есть Слово Бога, направленное к Его человеческим созданиям, а не всего лишь человеческие слова сказанные о Боге. Однако это Слово совершается через синергию, или соработничество между Богом и людьми. Бог не диктовал слова Священного Писания, Он вдохновлял ограниченные и не совершенные человеческие существа на составление Писания. Как автор апостольских времён, так и более поздний толкователь под водительством Святого Духа говорит внутри своего исторического, культурного и языкового контекста. Таким образом Священное Писание отражает человеческий аспект с точки зрения различных изложений каждого из четырёх Евангелий с неустранимыми расхождениями в хронологии некоторых событий (например, в том, что касается установления точного времени Тайной Вечери или изгнания торговцев из храма). Кроме того имеется по крайней мере одно установление, отвергнутое в последующей церковной жизни. Речь идёт о том утверждении в Послании к Евреям (Евр. 6,4-6), где говорится о том, что грехи, совершённые после принятия крещения, не простятся.
Этот человеческий элемент Священного Писания ясно показывает, что Слово Божие должно быть истолковано всякий раз заново каждым новым поколением в жизни Церкви. Это не означает, что благочестие Священного Писания подлежит изменению; это означает, что Дух Святой просвещает всякое новое поколение христиан на языке и в обстоятельствах его времени, чтобы направит их к полноте истины. Так православные христиане молятся перед чтением Святого Евангелия за Божественной Литургией: "Возсияй в сердцах наших, человеколюбче Владыко, Твоего богоразумия нетленный свет, и мысленныя наши отверзи очи во евангельских Твоих проповеданий разумение". Слова библейского текста часто бывают тёмными и не вполне ясными для понимания, однако они содержат полноту истины. В этом и заключается деятельность Святого Духа совместно с авторами Писания и его позднейшими церковными толкованиями: выявить эту истину и сделать её доступной для всех во всякий момент человеческой истории.
4. <...> Новые открытия в области текстологии археологии и других исторических наук постоянно ставят под вопрос те или иные выводы предшествующих поколений. При этом необходимо принимать во внимание, что эти вплоть до сего дня не вносили никакого разрушительного элемента в отношении тех или иных ключевых моментов христианского вероучения. Социологические исследования жизни в Палестине первого века могу привести некоторых толкователей к мысли, что Христос был всего лишь странствующим пророком. Современная эмбриология может предоставить кому-нибудь неопровержимые доказательства против возможности девственного рождения (можно в свою очередь задаться вопросом, - откуда взялись тогда другие 23 хромосомы?). Сопоставление Посланий апостола Павла с другими Евангельскими текстами могут привести к заключению, что именно Павел, а не Иисус есть истинный основатель христианской религии. Однако научная честность требует от нас признания, что выводы, основанные на такого рода исследованиях, являются субъективными. Они происходят от озарений веры (букв, 'прыжок веры' - Пер.} - или неверия - в той мере, в которой выводы перестают быть ингерентными (внутренне присущими - Ред.) самим открытиям, но становятся рассудочными конструкциями, основанными на этих открытиях.
Естественные науки, точно так же, как всякий другой вид деятельности (искусство, музыка или богословие), действуют в какой-либо ограниченной области имманентной человеку действительности. Поэтому никогда нельзя ни чего-либо утверждать, ни что-либо отрицать в отношении трансцендентной действительности даже в том случае, когда она вступает в контакт с физическим миром. Библейские образы, будь то образы бесов или ангелов, остаются недоступными для научного исследования хотя бы потому, что научные средства не приспособлены для изучения их существования или действия, осуществляемого ими. То же самое можно сказать и по поводу присутствия или действия Бога в мире и в человеческом опыте. Те средства, которыми располагает экзегетика, уже не являются уместными для того, чтобы определять истинность или ошибочность мест Священного Писания, имеющих отношение к Личности Иисуса, - к Его Божественному происхождению, значению Искупительной Жертвы, Воскресения и так далее. Экзегеза может лишь помочь нам лучше понять буквальный смысл текста, усвоить понимание самим автором как своего опыта, так и той традиции, которую он воспринял. Однако в любом случае она не может ни подтвердить, ни опровергнуть библейского свидетельства. Не в ее силах судить со всей определенностью о его утверждениях; их приятие зависит от веры, каковая по определению не подлежит научному доказательству.
Именно поэтому (православный) толкователь завершит свою работу внутри своей науки и подчинит ее результаты духу Церкви, иными словами - Священному Преданию. Мы именно потому придерживаемся Священного Предания как правила веры, что оно является ключом для лучшего постижения той реальности, к которой эмпирические науки оказываются неприспособленными. Для того, чтобы осуществить дальнейшее продвижение, необходимо пережить новое озарение веры и убедиться, что наша экзегетическая деятельность так же, как всякое достоверное Евангельское истолкование, руководится и вдохновляется Духом истины.
5. Если экзегет призывается подчиниться в конечном итоге духу Церкви, то это происходит по той причине, что существует устойчивая связь между Писанием и Преданием, каковые не должны быть поняты ни как возмещающие друг другу недостающее, ни как взаимодополняющие, ни как противоречащие друг другу авторитетные источники. Православие отвергает представление о самодостаточности книг Священного Писания (?????????), нашедшей свое выражение в положении sola scriptura, точно так же, как всецело принимает канонический, или нормативный характер Священного Писания для того, чтобы обозначить основные вопросы веры и жизни.
С другой стороны, оно признает, что Священное Писание есть произведение или плод Священного Предания. Библейское свидетельство обладает каноническим или законным авторитетом лишь в той мере, в которой оно воспринимает апостольское благовестие, верно истолковывает его и передает ради того, чтобы другие могли уверовать. Наиболее ясный и поразительный пример этого предоставляет апостол Павел в Первом послании к Коринфянам (1 Кор 15:1-11). Он, наименьший из Апостолов, принял и передал через свое учение свидетельство о том, что Христос умер за грехи наши, по Писанию. На основании этого утверждения, надежно и верно отражающего принятое благовестие, коринфяне были приведены к вере в Евангельское свидетельство о воскресшем Христе. Примечательно устойчивое близкое употребление четырех принципиальных слов: Я преподал то, что принял <...> мы проповедуем, а вы уверовали. Именно это направление формирует живое предание. Священное Предание не есть лишь совокупность сведений, переданных от одного другому; оно всегда предполагает истолкование в виде текстуального анализа присутствие и действие Христа, имеющие произойти, уже в образе скалы в Ветхом Завете и тем самым оказывается возможным со всей уверенностью утверждать: "скала есть Сам Христос!".
Конечно, типология - это старый метод; многие ученые библеисты отвергают его как анахронизм прошлого, "до-критического" периода. Очевидно, что типология должна быть поддержана другими методами, в том числе историческими, археологическими и лингвистическими, текстологии и прочее. Тем не менее типология как особенный вид самого общего подхода к тексту Священного Писания продолжает оставаться существенным элементом в общей задаче по рассмотрению замысла о деятельности Бога в истории и связи двух Заветов: Бога с Израилем и Христа с Церковью.
7. Другой принцип, которым пользовались святые Отцы, напрямую унаследован от иудейских раввинов. Он был известен Христу и использовался Им как основной инструмент в Его толковании Священного Писания. Этот принцип ныне известен под названием экзегетическая взаимность. Под этим мы понимаем, что все Священное Писание является боговдохновенным единообразно и насквозь в том смысле, как мы говорили об этом выше. Иисус может тем самым применять по отношению к Себе различные мессианские именования Ветхого Завета. И потому Он может опровергнуть рассуждение фарисеев посредством аргумента, основанного на Псалме 109, в котором говорится, что подлинный Мессия есть Господь и в первую очередь Сын Божий, а не просто сын Давидов (Мф 22:41-46). Другим примером могла бы быть 12 глава Апокалипсиса, в которой описывается некая жена, облаченная в солнечные одежды, несущая сына, существованию которого угрожает змий с семью головами и с десятью рогами. Современная критика склона видеть в этой жене образ Церкви, а в драконе образ Рима с его семью холмами, который преследовал Церковь. Отталкиваясь от мест, называемых "протоевангелием", в тексте Быт 3:15, святые Отцы в свою очередь видели в этой жене скорее образ Девы Марии, дарующей рождение Мессии, тогда как змий был образом сатаны, преследующем и Христа, и Церковь.
Принимая во внимание то, что все Священное Писание в равной мере боговдохновенно и что все в нем указывает на Христа, не важно, какое именно место может истолковываться таким образом, чтобы выявить свое мессианское значение. Более того, всякое неясное место может быть прояснено через другое, более прозрачное место. Именно это называется "взаимностью" утверждений Библии, которая не обязана принимать во внимание ни автора этих утверждений, ни исходный или буквальный смысл, которые они могут иметь.
8. Наконец, нам остается рассмотреть основное и существенное направление, которое ведет от буквального смысла к смыслу духовному, или sensus plenior. Это нас приводит к теме ??????, или созерцательного видения истины и Божественной действительности, которая сообщается через боговдохновенное действие Святого Духа. Согласно опыту Отцов Церкви, Бог открывается не посредством рассудочного анализа священных текстов, но через молитву, которая исходит из глубины сердца. Молитва - это плод Святого Духа, обитающего в храме нашего сердца, - того сердца, которое библейская традиция рассматривает как источник мысли и чувств. Таким образом, молитва есть Божественное действие, деяние Бога внутри нас самих. Во время молитвы Бог говорит с Богом: Святой Дух обращается к Отцу, чтобы со всей силой и весомостью показать наше ходатайство, нашу мольбу и наше славословие. Молиться в духе и истине (Ин 4:23) означает молить Отца при посредстве Святого Духа, через Того, Кто есть Истина - через Иисуса Христа, Превечного Сына Божия.
То же самое можно сказать об истолковании Библии. Оно также требует совместной работы (синергии) между нами и Божественной Троицей. И наконец, оно есть также результат действия Святого Духа, обитающего в нас. Перефразируя слова апостола Павла, можно было бы сказать: мы не знаем, как должны читать Священное Писание (ср. Рим 8:26). Это означает, что в нашем падшем и греховном состоянии мы имеем возможность посредством разума прийти к буквальному пониманию текста в том изначальном смысле, который он имел для автора и его первоначальных читателей, однако работа, которая сегодня для нас состоит в том, чтобы перевести это благовестие о Слове Божием, осуществляется благодаря Самому Богу.
В Лице Святого Духа Бог присутствует в душе и сердце человека так же, как Он присутствует во вселенской общности Церкви. Он обращается к тем, кто готов Его услышать, как прежде Он обращался к пророкам. Как некогда пророки, мы "слышим" это слово, принимаем в самих себя и размышляем над ним, чтобы устранить из него то свойственное для нашего сознания значение, которое кажется для нас важным сегодня, в данных обстоятельствах. Затем мы доносим эти слова до других в виде либо проповеди, либо размышления, либо библейского толкования. Всякий способен понять буквальный смысл какого-либо текста, если он владеет соответствующим литературным инструментарием и имеет соответствующую практику, но долгий путь от буквального смысла к sensus plenior, или смыслу духовному, предполагает, что мы в подвиге полной покорности Богу и аскетического напряжения подчиняемся непосредственному воздействию Духа истины. Святитель Иоанн Златоуст и другие Отцы Церкви утверждали, что никто не может верно понять текст Священного Писания, если не подчинится благой воле Святого Духа. Мы не можем познать Истину, если не смирим себя и не откроем себя ее могуществу, красоте и величию. Единственное средство познания истины заключается в ее поиске, любви к ней и жизни, сколь возможно полной и верной, в согласии с ней.
Последний принцип толкования, принятый святыми Отцами, сводится к необходимости аскетического усилия, непрерывной внутренней работы для того, чтобы стяжать дух покаяния и смиренного послушания Богу. Это необходимо для того, чтобы суметь услышать Слово Божие и обрести способность Его полноценного и надлежащего толкования. Для тех, кто вступил на этот путь, кто совершенно сознательно начал эту духовную битву, непростая задача толкования и проповеди Слова Божия может оказаться делом любви и служением славословия.
Эти различные принципы и направления в истолковании Священного текста, принятые авторами патриотического периода, подводят к одному важному выводу. Для того чтобы вновь обнаружить то богатство и авторитет, которые Святые Отцы придавали библейскому толкованию, оно должно однажды вновь занять свойственное ему место в качестве одного из направлений литургической жизни Церкви. Однако для того, чтобы это стало возможным, те, кто занимается толкованием Священного Писания - будь то простые верующие (миряне), священники или профессиональные экзегеты - должны усвоить в той же мере, что и сами Отцы Церкви, глубокое сознание значимости своей деятельности как одного из видов служения в Церкви. Ведь конечная цель толкования Священного Писания заключается в служении, - как в священнодействии в честь и славу Божию, так и в верном свидетельстве о самооткровении Бога, осуществленного во имя спасения Его народа.
(Чтение Священного Писания по учению святых отцов // Журнал "Альфа и Омега" №2 (32), 2002. С. 54-63).


* Прот. Леонид Грилихис, зав. кафедры библиистики МДА:
Всякий раз, приступая к рассмотрению библейского текста, необходимо учитывать своеобразные и порой очень непривычные для нас законы и особенности построения этого текста.
И здесь я вижу первую и очень важную проблему.
Дело в том, что наше читательское восприятие сформировано на совершенно других образцах. Это может быть хорошая и даже превосходная классическая или современная литература и поэзия, но строится она по законам, во много отличным от законов библейского повествования или поэзии. В романе мы можем видеть портрет героев, анализ внутренней мотивации их поступков, изощрённую рефлексию конфликтов, становления чувств и реакций, десятки страниц могут занимать описание событий и т.д. Ничего подобного мы не найдём в текстах Священного Писания - ни в Ветхом Завете, ни в Новом. Так, к примеру, ни слова не сказано о том как выглядели Ной, Авраам или Соломон. Мы можем безконечно сожалеть об этом, но мы не найдём ни одного описания внешности Спасителя или Его апостолов. А если нам и сообщается о том, что Моисей был гугнив, или что Иосиф был красив, то лишь потому, что этого требует развитие сюжета.
Язык Священного Писания предельно лаконичен, некоторые повествования состоят всего лишь из нескольких строк. Но это не значит, что они говорят о малом, - нет, они говорят о многом, но это многое предаётся в очень кратких и сжатых словах. Слово Священного Писания ёмко и имеет особый вес. "Имеющий уши слышать, да слышит", - возглашал Господь. И этот призыв можно отнести и ко всему Писанию: его мало услышать, его надо расслышать, вникнуть и попытаться понять, что стоит за каждым его словом. А для нас это осложняется ещё и тем, что Библия говорит на своём собственном и не всегда понятном для нас языке. Этот язык обладает своей идиоматикой, своими риторическими приёмами, своими законами композиции, в нём совершенно по-особенному может выстраиваться смысловая эмфаза и т.п., не говоря уже о том, что весьма часто богодухновенные авторы Библии прибегают к языку притч: "Слава Бога - сокрыть слово, а слава царя - исследовать слово" (Притч.25:2) /Сноска: перевод автора/.
Слово Писания, слово Божие предлагается нам прикровенно, притчеобразно, оно всегда таинственно, но царь (то есть мудрец) должен уметь раскрыть его. Вот почему премудрый царь Соломон призывает "разуметь притчу и замысловатую речь, слова мудрецов и загадки его" (Притч. 1:6).
Другой очень важный момент: в древнееврейских текстах Ветхого Завета огромное значение имеет контекст. Недостаточно оперировать лишь словарным значением слов, и мы должны быть готовы к тому, что поиск значения слов с учётом контекста может привести нас подчас к самым неожиданным результатам.
<...>
Привычная для нас модель чтения, предполагающая, что текст сообщает определённую информацию и читатель пассивно считывает её, не применима к Священному Писанию. От читателя Библии требуется гораздо более активная позиция. Библейский текст не только излагает и повествует, но и ставит вопросы, или лучше сказать подводит к ним, поскольку последние далеко не всегда представлены в эксплицитной форме. Таким образом, активность читателя Священного Писания не ограничивается ни чтением, ни даже ответами на вопросы, но распространяется и на само вопрошение: от читателя требуется умение ставить правильные (то есть обусловленные самим текстом) вопросы в Писании же искать ответы на них: "Исследуйте Писания" (Ин.5:39).
Не читать лишь, но исследовать Писание призывает Господь. Чтение Библии всегда больше, чем просто чтение - это исследование, где читатель вопрошает и ищет ответ на вопрос, а Писание раскрывается перед ним в глубине своего сокровенного смысла.
Одно из условий правильной постановки вопроса - умение видеть связи между разными частями текста, то есть понимание композиции и внутреннюю логику изложения….
(Шестоднев в контексте Священного Писания // Журнал "Альфа и Омега" 2005, №2(43). С. 14, 26).


* Хомяков Алексей Степанович (1804-1860):
Библия есть писанная Церковь, а Церковь - живая Библия.
(Цит. по книге: "...Из русской думы" т.1, М., 1995. С. 86).


* Квинт Септимий Флорент Тертуллиан:
Если верно, что истина присуждается нам, - ибо мы обладаем тем правилом веры, которое Церковь получила от апостолов, апостолы - от Христа, а Христос - от Бога, то сохраняется и смысл нашего утверждения; а оно гласит, что еретиков не должно допускать к прениям о Писании, ибо мы и без Писания доказываем, что они не имеют отношения к Писанию. Коли они еретики, то не могут быть христианами, ибо не от Христа должны были получить учение, они приняли его по своему выбору и потому получили имя еретиков. А раз они не христиане, то не имеют никакого права на христианские сочинения.
(Квинт Септимий Флорент Тертуллиан "Избранные сочинения" М., 1994. С. 124-125).


* Свт. Игнатий (Брянчанинов) :
Не дерзай сам истолковывать Евангелие и прочие книги Священного Писания. Писание произнесено святыми Пророками и Апостолами, произнесено не произвольно, но по внушению Святого Духа. Как же не безумно истолковывать его произвольно?
Святой Дух, произнесший через Пророков и Апостолов Слово Божие, истолковал его через святых Отцов. И Слово Божие и истолкование его - дар Святого Духа. Только это одно истолкование принимает святая Православная Церковь! Только это одно истолкование принимают её истинные чада!
Кто объясняет Евангелие и всё Писание произвольно: тот этим отвергает истолкование его святыми Отцами, Святым Духом. Кто отвергает истолкование Писания Святым Духом; тот, без всякого сомнения, отвергает и самое Священное Писание.
(Свт. Игнатий Брянчанинов "Аскетические опыты" т.I, М., 1993. С. 108)




Составил священник Николай Лызлов
Воскресная  школа храма Живоначальной Троицы в Хохлах Свято-Владимирская общеобразовательная православная школа Собор Александра Невского Фома-центр Центр Св. Иринея Лионского Православная служба помощи бездомным
Наш храм расположен по адресу: Хохловский пер., дом 12. (схема проезда)
Телефоны: 917-51-34, 916-00-96
e-mail: trinity-church@mail.ru